Случайный афоризм
Писателю отказано в "подлинности". Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

по-своему, но уже сам, чтобы не подставлять меня под  гнев  руководства.
Раньше все было известно заранее: и их методы, и наша реакция. А  теперь
- сам черт ногу сломит, никогда не знаешь, кто и где, и в какой  момент,
и каким способом возьмет тебя за горло. И защиты от них нет никакой. Бо-
гатых людей стало слишком много в расчете на душу одного нищего милицио-
нера, и за деньги они могут купить боевиков, которые будут  на  нас  да-
вить, даже если мы все вдруг станем поголовно честными, бескорыстными  и
добровольно захотим жить в малогабаритных квартирах с детьми и парализо-
ванными родителями, не имея возможности нанять для них квалифицированную
сиделку. Да что говорить! Ты прав, Лешик: псы за свою кость  дерутся.  А
молодая женщина погибла...
   Просматривая список вызовов и  стараясь  рационально  построить  свой
маршрут, Тамара Сергеевна Рачкова обнаружила, что один из адресов  нахо-
дился неподалеку от ее дома. Это было кстати.  Тамара  Сергеевна  решила
навестить больного, а потом заскочить домой выпить чаю и  заодно  позво-
нить Гордееву. Жила Тамара Сергеевна очень далеко от поликлиники,  в  те
дни, когда она работала с 8 утра, вставать приходилось ни свет ни  заря,
и к 11 часам она обычно испытывала нестерпимый голод.
   Войдя в свою квартиру, она сразу услышала  доносившиеся  из  гостиной
голоса. "Опять филателисты", - поняла Рачкова. Муж ее недавно  вышел  на
пенсию и с головой погрузился в свое хобби, занимаясь бесконечными обме-
нами, покупками, продажами, выставками, конференциями, специальной лите-
ратурой и даже лекциями. В доме постоянно были  визитеры,  а  телефонные
звонки раздавались так часто, что ни дети Рачковых, ни друзья и  коллеги
самой Тамары Сергеевны, случалось, не могли дозвониться им по  нескольку
дней. Кончилось все тем, что при помощи связей и подарков в квартире по-
явился второй телефон с другим номером, специально для  филателистов,  и
жизнь вошла в нормальную колею.
   Тамара Сергеевна тихонько, насколько это вообще было возможно при  ее
комплекции, прошла на кухню, зажгла газ под чайником и подсела к телефо-
ну.
   - Плохи дела у вашей Каменской, - вполголоса сообщила она Гордееву.
   - Что с ней? - всполошился Колобок.
   - Во-первых, она действительно больна. Я совершенно серьезно  пореко-
мендовала ей лечь в госпиталь, для этого есть все основания.
   - И что она ответила?
   - Отказалась наотрез.
   - Мотивы?
   - Ее стерегут, причем совершенно открыто, не стесняясь. Это, во  вто-
рых. А в-третьих, она просила вам сказать, что вы были правы. Она хотела
бы сделать очень многое, но не может, потому что дала  слово  и  обязана
его сдержать.
   - Кому она дала слово?
   - Виктор Алексеевич, я передала вам все дословно. Больше  она  ничего
не сказала.
   - Тамара Сергеевна, у вас сложилось какое-нибудь личное впечатление о
ситуации?
   - Ну... Более или менее. Каменская подавлена, удручена, она  знает  о
том, что ее стерегут. По-видимому, отказ от  госпитализации  продиктован
тем, что ей запретили выходить из дома под угрозой  причинения  неприят-
ностей кому-то из близких.
   - Она одна в квартире?
   - С ней какой-то рыжий лохматый мужчина.
   - Я его знаю, это муж.
   - Это не муж, - возразила Рачкова,  привыкшая  называть  вещи  своими
именами.
   - Ну, неважно, - уклонился от уточнений Гордеев. - Пусть будет  друг.
А кто сторож?
   - Юноша с лицом херувима. Сидит на подоконнике, на лестничной  клетке
между этажами.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.