Случайный афоризм
Когда пишешь, все, что знаешь, забывается... Мирче Элиаде
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     — Муре, по-моему, совсем помешался, — кричала г-жа Ругон. — Не можешь же ты, 
наконец, ходить голой. Я поговорю с ним.
     — Умоляю вас, маменька, не надо, — отвечала Марта. — Он вас ненавидит. Он будет 
обращаться со мной еще хуже, если узнает, что я вам рассказываю такие вещи. И заплакав, она 
добавила:
     — Я всегда его защищала, но сейчас у меня уже нет больше сил молчать… Помните, как 
он, бывало, не хотел, чтобы я выходила даже просто на улицу? Он запирал меня, обращался со 
мной как с вещью. А теперь он стал так жесток потому, что чувствует, что я вырвалась из-под 
его власти и никогда больше не соглашусь быть для него служанкой. Это человек без религии, 
жестокосердый, эгоист.
     — Надеюсь, он хоть не бьет тебя?
     — Нет, но будет и это. Пока он еще только во всем мне отказывает. Вот уже пять лет, как 
я не могла купить себе ни одной рубашки. Вчера я показала ему свои старые, они совсем 
износились, и на них столько заплат, что мне просто стыдно их надевать. Он посмотрел, 
пощупал их и заявил, что они еще отлично продержатся до будущего года… У меня нет ни 
одного сантима своих денег, мне приходится чуть ли не со слезами вымаливать у него 
какой-нибудь франк. Третьего дня я должна была занять два су у Розы на нитки. Мне 
приходится штопать перчатки, которые разлезаются по всем швам.
     И она рассказала десятки других мелочей: как сама зашивает дратвой дыры на башмаках, 
как моет в чаю ленты, чтобы подновить шляпки, как замазывает чернилами протершиеся 
складки на своем единственном шелковом платье. Г-жа Ругон, разжалобившись, стала убеждать 
ее взбунтоваться. Муре — истинное чудовище! По словам Розы, скупость его доходит до того, 
что он считает груши на чердаке, куски сахара в буфете, проверяет домашние запасы и сам 
доедает вчерашние корки хлеба.
     Но в особенности Марта страдала от того, что ничего не могла жертвовать в пользу 
церкви св. Сатюрнена; она припрятывала монетки в десять су и, тщательно завернув их в 
бумажку, сберегала для воскресной обедни. Теперь, когда дамы-патронессы Приюта пресвятой 
девы делали какие-нибудь приношения в церковь, в виде кадильницы, серебряного креста, 
хоругви, — она умирала от стыда, она избегала их, притворялась, будто ничего не знает об их 
намерениях. Дамы очень жалели ее. Она охотно обокрала бы мужа, если б ей случайно попался 
ключ от его письменного стола, до такой степени терзалась она желанием украсить эту церковь, 
которую так любила. Зависть и ревность обманутой женщины выворачивали ей душу, когда она 
видела, как аббат Фожа пользуется чашей, пожертвованной г-жой де Кондамен. Зато в дни, 
когда он служил обедню перед алтарем, покрытым вышитым ею покровом, она испытывала 
глубочайшую радость и молилась с таким трепетом, словно какая-то частица ее самой 
находилась под распростертыми руками священника. Ей хотелось бы иметь собственную 
часовню; она мечтала потратить на нее целое состояние, запереться в ней и принимать в ней 
бога у себя, для одной себя.
     Роза, с которой она делилась своими тайнами, пускалась на всякие хитрости, чтобы 
раздобыть для нее денег. В этом году она утаила лучшие фрукты из сада и продала их; точно 
так же она очистила чердак от кучи разной мебели и продала ее. В конце концов ей удалось 
набрать триста франков, которые она торжественно вручила Марте. Та расцеловала старую 
кухарку.
     — Какая ты добрая! — воскликнула она, переходя вдруг на «ты». — Но уверена ли ты, по 
крайней мере, что он ничего не заметил?.. Я на днях видела на улице Ювелиров две маленькие 
чаши из чеканного серебра, прямо прелестные; они стоят двести франков… Ты ведь окажешь 
мне услугу, не правда ли? Мне не хочется самой их покупать, потому что меня могут увидеть 
там. Скажи своей сестре, чтобы она пошла и взяла их, а когда стемнеет, пусть принесет сюда и 
передаст тебе в кухонное окно.
     Покупка этих двух чаш превратилась для нее в настоящую запретную интригу и 
доставила ей величайшее наслаждение. Три дня она держала их у себя в шкапу, запрятав за 
стопки белья. А поднося их аббату Фожа в ризнице, она дрожала и едва могла выговорить 
слово. Он ласково побранил ее. Он не любил подарков; он говорил о деньгах с презрением 
сильного человека, знающего только одну потребность — подчинять и властвовать. За два 
первых года нищеты, когда ему с матерью приходилось питаться только хлебом и водой, ему и 
в голову не пришло занять у Муре хотя бы десять франков.
     Марта нашла надежное место для оставшихся у нее ста франков. Она тоже становилась 
скупой; она высчитывала, на что может потратить эти деньги, и каждое утро мысленно 
покупала что-нибудь новое. Пока она так колебалась, Роза ей сообщила, что г-жа Труш хотела 
бы поговорить с ней наедине. Олимпия, часто торчавшая на кухне, сделалась закадычной 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.