Случайный афоризм
Писатели, кстати сказать, вовсе не вправе производить столько шума, сколько пианисты. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     — Марта! Марта! — в отчаянии позвал он опять.
     Он вернулся в сени, раздумывая, не имея силы удерживать хрипение, давившее ему горло. 
Куда же он попал, если не может узнать ни одной комнаты? Кто же так изменил все в его доме? 
И воспоминания его путались. Он вспоминал только какие-то тени, скользившие по коридору: 
сначала две черные тени, скромные, бедные, старавшиеся стушеваться; потом две серые тени, 
подозрительные и насмешливо скалившие зубы. Муре поднял лампу, пламя которой 
взметнулось; тени выросли и вытянулись вдоль стены, до самого свода лестницы; они 
наполняли собой, поглощали весь дом. Какая-то нечистая сила, какой-то фермент разложения, 
попавший сюда, подточил балки и деревянные перегородки, покрыл ржавчиной железо, 
искрошил стены. И Муре вдруг почудилось, что весь дом рассыпается, словно отсыревшая 
штукатурка, тает, как кусок соли, брошенный в теплую воду.
     Наверху послышался громкий смех, от которого у Муре волосы встали дыбом. Поставив 
лампу на пол, он пошел наверх искать Марту; он взбирался на четвереньках легко и бесшумно, 
как волк. Добравшись до площадки второго этажа, он присел на корточки перед дверью 
спальни. Из-под двери проступала полоска света. Марта, должно быть, собиралась лечь спать.
     — Ого! — послышался голос Олимпии. — Какая чудесная у них кровать! Посмотри-ка, 
Оноре, прямо утопаешь в ней; я нырнула в перину до самых глаз.
     Она смеялась, потягивалась, подпрыгивала под одеялом.
     — Знаешь, что я тебе скажу? — продолжала она. — С тех пор как я попала сюда, я все 
мечтала понежиться в этой кроватке… У меня это стало вроде болезни, право! Я прямо не 
могла видеть, как эта кобыла-хозяйка разляжется, бывало, здесь: всякий раз мне хотелось 
сбросить ее на пол и самой улечься на ее место… Как здесь скоро согреваешься! Я точно 
обернута ватой.
     Труш, еще не ложившийся, перебирал флаконы на туалете.
     — У нее пропасть всяких духов, — сказал он.
     — Слушай! — продолжала Олимпия. — Раз ее нет, мы отлично можем пожить в этой 
чудесной комнате. Нечего бояться, что она потревожит нас: я крепко задвинула засов… Ты 
простудишься, Оноре.
     Он открывал ящики комода и рылся в белье.
     — Надень-ка вот это, — сказал он, бросая Олимпии ночную рубашку, — она вся в 
кружевах. Я всегда мечтал поспать с женщиной в кружевном белье… Я повяжу себе голову вот 
этим красным фуляром… А простыни ты сменила?
     — Нет, — ответила она. — Я и не подумала об этом; они еще совсем чистые… Она очень 
чистоплотна, и я не брезгаю.
     Когда Труш наконец собрался лечь, Олимпия ему крикнула:
     — Поставь грог сюда на ночной столик! Не вставать же нам каждый раз, когда захочется 
выпить… Ну вот, милый муженек, мы с тобой теперь как настоящие хозяева.
     Они улеглись рядом, укрывшись до подбородка одеялом и наслаждаясь приятной 
теплотой.
     — Сегодня я хорошо поел, — проговорил Труш после небольшого молчания.
     — И изрядно выпил! — смеясь, добавила Олимпия. — Я тоже не дала маху; у меня все 
кружится перед глазами… Противно только, что мамаша вечно стоит над душой; сегодня она 
прямо извела меня. Я не могу и шагу ступить в доме… Хозяйке не к чему было уезжать, если 
мамаша остается здесь в качестве жандарма. Она мне испортила сегодня весь день.
     — А аббат не подумывает о том, чтобы убраться отсюда? — снова помолчав, спросил 
Труш. — Если его сделают епископом, ему волей-неволей придется оставить дом нам.
     — Еще неизвестно, — ответила Олимпия со злобой в голосе. — Может быть, мамаша 
рассчитывает сохранить дом для себя… А как хорошо было бы нам остаться одним! Я устрою 
так, что хозяйка будет спать наверху, в комнате моего брата; скажу ей, что эта комната 
здоровее… Дай мне стакан, Оноре.
     Они оба выпили и закутались в одеяло.
     — Да, — продолжал Труш, — нелегко будет выжить их отсюда; но можно все-таки 
попытаться… Я думаю, что аббат давно бы уже переменил квартиру, если бы не боялся, что 
хозяйка устроит скандал, когда она увидит, что он ее бросил… Надо будет хорошенько ее 
обработать; наговорю ей такого, что она их выгонит.
     Он выпил еще.
     — А что, если бы я приударил за ней, моя милая? — спросил он, понизив голос.
     — Ах, нет! — вскричала Олимпия, расхохотавшись так, как будто ее щекотали. — Ты 
слишком стар и недостаточно красив. Мне-то все равно, но только она тебя не захочет, — 
можешь не сомневаться… Предоставь уж действовать мне: я ее нашпигую. Придется 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.