Случайный афоризм
Воображение поэта, удрученного горем, подобно ноге, заключенной в новый сапог. Козьма Прутков
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     — Марта! Марта! — в отчаянии позвал он опять.
     Он вернулся в сени, раздумывая, не имея силы удерживать хрипение, давившее ему горло. 
Куда же он попал, если не может узнать ни одной комнаты? Кто же так изменил все в его доме? 
И воспоминания его путались. Он вспоминал только какие-то тени, скользившие по коридору: 
сначала две черные тени, скромные, бедные, старавшиеся стушеваться; потом две серые тени, 
подозрительные и насмешливо скалившие зубы. Муре поднял лампу, пламя которой 
взметнулось; тени выросли и вытянулись вдоль стены, до самого свода лестницы; они 
наполняли собой, поглощали весь дом. Какая-то нечистая сила, какой-то фермент разложения, 
попавший сюда, подточил балки и деревянные перегородки, покрыл ржавчиной железо, 
искрошил стены. И Муре вдруг почудилось, что весь дом рассыпается, словно отсыревшая 
штукатурка, тает, как кусок соли, брошенный в теплую воду.
     Наверху послышался громкий смех, от которого у Муре волосы встали дыбом. Поставив 
лампу на пол, он пошел наверх искать Марту; он взбирался на четвереньках легко и бесшумно, 
как волк. Добравшись до площадки второго этажа, он присел на корточки перед дверью 
спальни. Из-под двери проступала полоска света. Марта, должно быть, собиралась лечь спать.
     — Ого! — послышался голос Олимпии. — Какая чудесная у них кровать! Посмотри-ка, 
Оноре, прямо утопаешь в ней; я нырнула в перину до самых глаз.
     Она смеялась, потягивалась, подпрыгивала под одеялом.
     — Знаешь, что я тебе скажу? — продолжала она. — С тех пор как я попала сюда, я все 
мечтала понежиться в этой кроватке… У меня это стало вроде болезни, право! Я прямо не 
могла видеть, как эта кобыла-хозяйка разляжется, бывало, здесь: всякий раз мне хотелось 
сбросить ее на пол и самой улечься на ее место… Как здесь скоро согреваешься! Я точно 
обернута ватой.
     Труш, еще не ложившийся, перебирал флаконы на туалете.
     — У нее пропасть всяких духов, — сказал он.
     — Слушай! — продолжала Олимпия. — Раз ее нет, мы отлично можем пожить в этой 
чудесной комнате. Нечего бояться, что она потревожит нас: я крепко задвинула засов… Ты 
простудишься, Оноре.
     Он открывал ящики комода и рылся в белье.
     — Надень-ка вот это, — сказал он, бросая Олимпии ночную рубашку, — она вся в 
кружевах. Я всегда мечтал поспать с женщиной в кружевном белье… Я повяжу себе голову вот 
этим красным фуляром… А простыни ты сменила?
     — Нет, — ответила она. — Я и не подумала об этом; они еще совсем чистые… Она очень 
чистоплотна, и я не брезгаю.
     Когда Труш наконец собрался лечь, Олимпия ему крикнула:
     — Поставь грог сюда на ночной столик! Не вставать же нам каждый раз, когда захочется 
выпить… Ну вот, милый муженек, мы с тобой теперь как настоящие хозяева.
     Они улеглись рядом, укрывшись до подбородка одеялом и наслаждаясь приятной 
теплотой.
     — Сегодня я хорошо поел, — проговорил Труш после небольшого молчания.
     — И изрядно выпил! — смеясь, добавила Олимпия. — Я тоже не дала маху; у меня все 
кружится перед глазами… Противно только, что мамаша вечно стоит над душой; сегодня она 
прямо извела меня. Я не могу и шагу ступить в доме… Хозяйке не к чему было уезжать, если 
мамаша остается здесь в качестве жандарма. Она мне испортила сегодня весь день.
     — А аббат не подумывает о том, чтобы убраться отсюда? — снова помолчав, спросил 
Труш. — Если его сделают епископом, ему волей-неволей придется оставить дом нам.
     — Еще неизвестно, — ответила Олимпия со злобой в голосе. — Может быть, мамаша 
рассчитывает сохранить дом для себя… А как хорошо было бы нам остаться одним! Я устрою 
так, что хозяйка будет спать наверху, в комнате моего брата; скажу ей, что эта комната 
здоровее… Дай мне стакан, Оноре.
     Они оба выпили и закутались в одеяло.
     — Да, — продолжал Труш, — нелегко будет выжить их отсюда; но можно все-таки 
попытаться… Я думаю, что аббат давно бы уже переменил квартиру, если бы не боялся, что 
хозяйка устроит скандал, когда она увидит, что он ее бросил… Надо будет хорошенько ее 
обработать; наговорю ей такого, что она их выгонит.
     Он выпил еще.
     — А что, если бы я приударил за ней, моя милая? — спросил он, понизив голос.
     — Ах, нет! — вскричала Олимпия, расхохотавшись так, как будто ее щекотали. — Ты 
слишком стар и недостаточно красив. Мне-то все равно, но только она тебя не захочет, — 
можешь не сомневаться… Предоставь уж действовать мне: я ее нашпигую. Придется 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.