Случайный афоризм
Поэты - единственные настоящие любовники женщин. Марина Цветаева
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

соединить ее половинки.
     — И к чему это, — пробормотал он с внезапным сожалением, — когда можно было 
просто постучаться? Новая калитка обойдется мне, по крайней мере, в тридцать франков.
     Он вошел в сад. Подняв голову и заметив во втором этаже ярко освещенную спальню, он 
подумал, что жена ложится спать. Это его чрезвычайно удивило. Наверно, он заснул под 
мостом, пережидая ливень. Должно быть, очень поздно. Действительно, в соседних окнах, у 
Растуалей и в супрефектуре, было темно. Он опять перевел глаза на свой дом и вдруг увидел 
свет лампы в третьем этаже, за плотными занавесками аббата Фожа. Этот свет, похожий на 
пылающий глаз среди фасада дома, жег Муре. Он сжал себе виски горячими руками, теряя 
голову от нахлынувших на него ужасных воспоминаний, от какого-то пережитого кошмара. Во 
всем этом не было ничего определенного, но Муре чудилась давнишняя опасность, грозившая 
ему самому и его семье, опасность, постепенно усилившаяся и принявшая страшные размеры, 
опасность, от которой мог погибнуть весь дом, если он его не спасет.
     — Марта, Марта, где ты? — пробормотал он вполголоса. — Иди же, уведи детей.
     Муре стал искать Марту в саду. Но он не узнавал своего сада. Он казался ему теперь более 
просторным, но пустым и серым, похожим на кладбище. Буксусы исчезли, грядок с салатом не 
было, фруктовые деревья словно перешли на другие места. Муре вернулся обратно, опустился 
на колени и стал рассматривать, не сожрали ли улитки все его овощи. В особенности сжималось 
его сердце при мысли об исчезновении буксусов; гибель этих высоких кустов заставляла его 
страдать, точно смерть близкого человека. Кто же их истребил? Какая коса прошла здесь и все 
срезала, скосила, даже кустики фиалок, посаженные им около террасы? Глухой ропот поднялся 
в его груди при виде этого разрушения.
     — Марта, Марта, где ты? — позвал он снова.
     Он поискал ее в маленькой оранжерее справа от террасы. Оранжерея была завалена 
сухими трупами высоких буксусов, лежавших кучами между обрубками фруктовых деревьев, 
разбросанных, словно отрезанные руки и ноги. В углу на гвозде висела клетка, в которой 
Дезире держала своих птичек; с изломанной дверцей, с торчащими во все стороны концами 
проволоки, она имела печальный вид. Сумасшедший попятился назад, охваченный страхом, как 
будто бы он открыл дверь склепа. Заикаясь, чувствуя прилив крови к горлу, он поднялся на 
террасу и стал бродить около закрытых окон и дверей. Гнев, который в нем все усиливался, 
придавал его членам чисто звериную гибкость; он съеживался и, пробираясь бесшумно, искал 
какой-нибудь щели. Для него было достаточно отдушины в погребе. Он съежился и 
проскользнул в нее с ловкостью кошки, цепляясь ногтями за стену. Наконец-то он попал в дом!
     Подвал запирался только щеколдой. Ощупывая стены, Муре двигался во мраке сеней и 
наконец толкнул дверь в кухню. Спички лежали всегда слева, на полке. Он направился прямо к 
этой полке, чиркнул спичку и, осветив помещение, взял лампу, стоявшую на камине, ничего не 
разбив. Потом стал осматриваться кругом. Должно быть, вечером у них была большая пирушка. 
В кухне царил страшнейший кавардак: грязные тарелки, блюда, немытые стаканы 
загромождали стол; еще не остывшие кастрюли в беспорядке валялись в раковине для мытья 
посуды, на стульях, на полу; кофейник, забытый на краю еще топившейся плиты, кипел, 
свалившись на бок, словно пьяница. Муре поправил кофейник и поставил на место кастрюли; 
он понюхал их, попробовал остатки напитков в стаканах и рюмках, пересчитал блюда и 
тарелки, все больше и больше ворча. Это была не его кухня, чистая и холодная, кухня 
удалившегося от дел коммерсанта; провизии здесь потратили на целый трактир; от этой 
прожорливой нечистоплотности отдавало несварением желудка.
     — Марта! Марта! — снова позвал он, выходя в сени с лампой в руках. — Ответь мне, 
скажи, куда они тебя заперли? Надо уехать, уехать сейчас же!
     Муре стал искать ее в столовой. Оба шкапа, справа и слева от печки, были открыты; из 
прорвавшегося серого бумажного кулечка, лежавшего на краю полки, сыпались на пол кусочки 
сахара. Наверху он заметил бутылку коньяку с отбитым горлышком, заткнутую тряпкой. Тогда 
он встал на стул, чтобы хорошенько осмотреть шкапы. Они были наполовину пусты; бутылки с 
фруктовыми наливками были все без исключения раскупорены, банки с вареньем не завязаны и 
початы, фрукты надкусаны; всевозможные припасы валялись изгрызенные и испачканные, 
словно прошли целые полчища крыс. Не найдя Марту в шкапах, Муре стал заглядывать 
повсюду — за портьеры, под стол; там среди кусков грязного хлеба валялись кости; на клеенке 
от донышек стаканов и рюмок остались круглые липкие следы. Тогда Муре прошел в коридор, 
решив поискать Марту в гостиной. Но на пороге он остановился: он не узнавал своего дома. 
Светлолиловые обои гостиной, ковер с красными цветами, новые кресла, обитые шелковым 
узорчатым штофом вишневого цвета, — глубоко изумили его. Испугавшись, не попал ли он в 
чужой дом, он снова затворил дверь.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.