Случайный афоризм
Писать - значит предоставлять другим заботу о завершенности твоего слова. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

лампа; на столах валялись карточки вчерашнего меню, какая-то тряпка, и к теплому, затхлому 
запаху вина примешивалось свежее дуновение ветерка из распахнутой настежь двери. Хозяин 
заведения, Лебигр, в одном жилете, со спутанной круглой бородкой, обслуживал посетителей; 
его полное, с правильными чертами лицо было бледным и заспанным. Мужчины, собравшись 
по двое, по трое, выпивали у стойки; они кашляли, отплевывались, глаза у них еще слипались, и 
они разгоняли сон белым вином и водкой. Флоран узнал среди них Лакайля; уже сейчас, в эту 
рань, его мешок был набит овощами. Он выпивал по третьей со своим товарищем, обстоятельно 
рассказывавшим, как он покупал корзину с картофелем. Осушив свою рюмку, Лакайль пошел 
потолковать с Лебигром в маленькую застекленную комнатку в глубине погребка, где свет не 
горел.
     — Что будете пить? — спросил Клод у Флорана.
     Войдя в погребок, он пожал руку пригласившему его знакомцу. Это был грузчик — 
красивый юноша лет двадцати двух, самое большее, без бороды, но с маленькими усиками, 
молодцевато носивший свою запачканную мелом широкополую шляпу и наспинник из грубой 
ковровой ткани, лямки которого перекрещивались на его синей блузе. Клод называл его по 
имени — Александром, хлопал по плечу, спрашивал, когда они с ним съездят в Шарантонно. И 
оба стали вспоминать о совместной большой прогулке в лодке по Марне, о том, как они 
вечером поужинали кроликом.
     — Ну-с, что же вы будете пить? — повторил Клод.
     Флоран в большом смятении смотрел на стойку. В конце ее помещался газовый прибор, 
пылавший розовыми и голубыми язычками пламени, где подогревались чайники в медных 
обручиках, с пуншем и горячим вином. Наконец Флоран признался, что с удовольствием выпил 
бы чего-нибудь горячего. Лебигр подал три стакана пунша. Подле чайников стояла корзина с 
только что принесенными сдобными булочками, — от них еще шел пар. Но спутники Флорана 
до них не дотрагивались, и Флоран выпил свой стакан пунша, не закусывая; ему показалось, что 
в его пустой желудок струйкой льется расплавленный свинец. За пунш заплатил Александр.
     — Славный он малый, — сказал Клод, когда они с Флораном снова оказались вдвоем на 
улице Рамбюто. — Он становится таким потешным, когда попадает за город: показывает всякие 
акробатические номера; да и тело у него, у канальи, великолепное, — я видел его нагишом; вот 
если бы он согласился позировать мне обнаженным, на природе… А теперь, если угодно, 
пройдемся по Центральному рынку.
     Флоран следовал за ним, подчиняясь его воле. Светлый луч, сверкнувший в глубине 
улицы Рамбюто, возвестил приход дня. Еще громче гудел мощный голос рынка; по временам 
звон колокола в отдаленном павильоне заглушал раскаты этого растущего гула. Они вошли в 
одну из крытых галерей между павильонами морской рыбы и живности. Флоран поднял глаза, 
рассматривая высокий свод, где между черными кружевами чугунных конструкций 
поблескивала деревянная обшивка. Когда же они вышли оттуда в большую центральную 
галерею, Флорану почудилось, что перед ним раскинулся какой-то странный город, четко 
разделенный на кварталы, с предместьями, деревушками, с местами для гулянья и дорогами, с 
площадями и перекрестками, который однажды в дождливый день по прихоти неведомого 
гиганта был целиком перенесен под огромный навес. Сумрак, притаившийся в углублениях 
перекрытий, умножал леса столбов, беспредельно увеличивая тонкие стрелки свода, точеные 
галереи, резные ставни; над всем этим городом, уходя в глубь мрака, раскинулись настоящие 
заросли цветов и листьев, чудовищное цветение металла, где поднимающиеся конусами стволы 
и вязь переплетающихся ветвей скрывали, подобно вековому лесу, под своей воздушной сенью 
какой-то особенный мир. Многие кварталы спали еще за решетчатыми воротами. Павильоны с 
маслом и живность выстроили в ряд свои ларьки, протянули свои безлюдные улочки под 
вереницами газовых фонарей. Только что открылся павильон морской рыбы; женщины 
проходили между рядами белых каменных прилавков, пятнистых от теней корзин и забытых 
тряпок. Все громче становился гомон подле овощей, цветов и фруктов. Город мало-помалу 
пробуждался — от многолюдных кварталов, где уже с четырех часов утра громоздятся горы 
капусты, до ленивых и богатых кварталов, где только к восьми выставляются в лавках пулярки 
и фазаны.
     Но в больших крытых галереях рынка жизнь била ключом. Вдоль тротуаров по обеим 
сторонам еще стояли огородники, мелкие земледельцы, которые, приехав из окрестностей 
Парижа, выставили в корзинах снятый накануне урожай: пучки овощей, горстки фруктов. 
Среди непрерывного движения толпы под своды рынка въезжали повозки, замедляя ход 
звенящих подковами лошадей. Две из этих повозок, поставленные поперек, загораживали 
улицу. Флоран вынужден был, чтобы пройти, опереться на сероватый мешок, похожий на 
мешок с углем, под огромной тяжестью которого гнулись тележные оси; от мокрых мешков 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.