Случайный афоризм
Писатель оригинален, или он не писатель вовсе. Элиас Канетти
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     
     Спустя три дня, по выполнении всех формальностей, префектура приняла Флорана из рук 
Верлака, можно сказать, с закрытыми глазами — просто на должность его заместителя. Гавар 
увязался за ним в префектуру. Когда они с Флораном остались одни на улице, он толкнул его 
локтем в бок и, по-шутовски подмигивая, залился беззвучным смехом. Очевидно, его чем-то 
очень рассмешили встреченные ими на набережной Орлож полицейские, потому что, когда они 
проходили мимо, у него чуть согнулись плечи и сжались губы, как будто он еле сдерживается, 
чтобы не прыснуть им прямо в лицо.
     На следующий день Верлак начал вводить нового инспектора в курс его обязанностей. Он 
взялся руководить Флораном несколько дней по утрам в том бурном мирке, которым ему 
предстояло управлять. Бедняга Верлак, как называл его Гавар, был маленький бледный 
человечек, беспрерывно кашлявший, закутанный во фланель, шарфы и кашне и осторожно 
переступавший своими жидкими, как у болезненного ребенка, ножками среди потоков 
струящейся воды в прохладном и сыром рыбном павильоне.
     Когда Флоран в первый раз пришел на рынок к семи часам утра, он почувствовал, что 
пропал; он стоял с растерянным видом, совсем одуревший. Вокруг девяти столов аукциона уже 
рыскали перекупщицы, собирались служащие рынка с книгами записей; на сваленных перед 
аукционными кассами стульях сидели в ожидании уплаты агенты отправителей, с кожаными 
сумками через плечо. На всем пространстве между столами аукциона и вплоть до тротуаров 
выгружали и распаковывали прибывший товар. Вдоль площади, отведенной для торговли, в 
палатках громоздились маленькие крытые плетенки, непрерывно сбрасывались ящики и 
корзины, штабелями складывались мешки с мидиями, сочащиеся струйками воды. Суетливые 
учетчики-приемщики, перепрыгивая через наваленные груды, одним махом срывали солому с 
крытых плетенок, опоражнивали их и отбрасывали прочь, затем с непостижимой быстротой 
распределяли каждую партию привоза по широким круглым корзинам с ручками, стараясь 
показать товар лицом. Когда корзины расставили, Флорану показалось, что на тротуар 
выбросило, как на берег, косяк рыбы, еще трепещущей, отливающей розовым перламутром, 
алым, как кровь, кораллом, молочно-белым жемчугом — всеми изменчивыми красками океана, 
вплоть до бледной бирюзы.
     Глубинные водоросли, среди которых дремлет таинственная жизнь океанских вод, отдали 
по воле закинутого невода все свое достояние вперемешку: треску, пикшу, плоскушку, камбалу, 
лиманду, — простую рыбу, серовато-бурую с белесыми пятнами; коричневых с синевой 
морских угрей, похожих на крупного ужа, с узкими черными глазками, таких скользких, что, 
казалось, они еще живы, еще ползают; были здесь и плоские скаты с бледным брюхом, 
окаймленным светло-красным ободком, с великолепной спиной, которая покрыта шипами и 
вплоть до торчащих плавников испещрена киноварными чешуйками и поперечными полосками 
с бронзовым блеском, напоминая мрачной пестротой рисунка жабью кожу или ядовитый 
цветок; попадались здесь и акулы, ужасные морские собаки, мерзкие, круглоголовые, с 
растянутым, как у смеющегося китайского божка, зевом, с короткими и мясистыми крыльями 
летучей мыши, — должно быть, чудища эти сторожат, щеря зубы в беззвучном лае, бесценные 
клады морских гротов. Далее следовали рыбы-щеголихи, выставленные отдельно на особых 
лотках из ивняка: лососи в узорном серебре, каждая чешуйка которых, кажется, выгравирована 
резцом по гладкому металлу; голавли, у которых чешуя толще и более грубой чеканки; 
большие палтусы, крупные калканы с мелкозернистой и белой, как простокваша, мереей; 
тунцы, гладкие и лоснящиеся, похожие на темно-бурые кожаные мешки; круглые морские 
окуни с разинутой во всю ширь пастью, — глядя на них, невольно задумаешься, уж не застряла 
ли в свой смертный час чья-то непомерно жирная душа в этой глотке? А со всех сторон так и 
мелькали сложенные попарно серые или желтоватые соли; тонкие, оцепеневшие пескорои 
походили на обрезки олова; и на каждом слегка изогнутом тельце селедки алели, как раны, 
сквозящие в их парчовом платье, кровавые жабры; жирные дорады отсвечивали кармином; бока 
золотистых макрелей, у которых на спинке зеленовато-коричневые бороздки, играли 
переливчатыми отблесками перламутра; розовые и белобрюхие султанки с радужными 
хвостами, сложенные головами к центру корзин, сверкали странной игрой красок, пестрели 
букетом жемчужно-белых и ярко-алых тонов. Еще были там барвены, чье мясо необыкновенно 
вкусно, были и словно подрумяненные карпы, ящики с мерланами, отливающие опалом, 
корзины с корюшкой — чистенькие, изящные, как корзиночки из-под земляники, ощутимо 
пахнущие фиалкой. В студенистой бесцветной гуще перемешавшихся в плетенках серых и 
розовых креветок поблескивали едва заметными черными бисеринками тысячи глаз; шуршали 
еще живые колючие лангусты и черно-полосатые омары, ковыляя на своих изуродованных 
клешнях.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.