Случайный афоризм
Что за наслаждение находится в хорошей библиотеке.Смотреть на книги - и то уже счастье. (Чарльз Лэм)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

женился. И Кеню просто повезло: красавцем его не назовешь, а нашел же красавицу жену, 
которая откопала для него клад. В своем восхищении Лизой некоторые заходили так далеко, 
что даже потихоньку говорили, будто Лиза «и вправду поступила как дура, если так 
поступила». Лиза улыбалась, слушая эти толки, пересказываемые ей в смягченной форме. Они с 
мужем жили, как прежде, в доброй дружбе, мирно и счастливо. Она помогала ему, руки их 
встречались в груде фарша; она, как и прежде, наклонялась над его плечом, заглядывая в 
котелок. И если кровь приливала к их лицам, то только от пылавшего в кухонной плите огня.
     Однако Лиза была умной женщиной; она быстро смекнула, что глупо держать девяносто 
пять тысяч франков в ящике комода, не пуская их в оборот. Кеню охотно положил бы их 
обратно в солильную кадку, пока они не заработают столько же; тогда они уедут в Сюрень, в их 
любимый пригородный уголок. Но у Лизы были другие замыслы. Улица Пируэт противоречила 
ее понятиям об опрятности, ее тяге к чистому воздуху, к свету, к крепкому здоровью. Лавка, где 
дядюшка Градель по одному су накопил свое богатство, смахивала на черную длинную кишку 
и принадлежала к той разновидности подозрительных колбасных в старых кварталах города, 
где потертые плиты пола долго еще пахнут тухловатым мясом, как их ни мой; молодая 
женщина мечтала о светлом, похожем на роскошную гостиную, современном магазине, 
прозрачные витрины которого выходили бы на тротуар широкой улицы. Впрочем, это не было 
продиктовано мелким желанием разыгрывать из себя даму за прилавком: Лиза ясно сознавала, 
что в торговле нового типа роскошь стала необходимостью. Кеню испугался, когда жена 
впервые заговорила о переезде и предложила потратить часть их денег на отделку магазина. 
Она чуть пожала плечами, улыбаясь.
     Однажды под вечер, когда в колбасной было темно, супруги услышали, как у их дверей 
одна из обитательниц квартала говорила другой:
     — Ну нет, моя милая! Больше я у них не покупаю, ни кусочка кровяной колбасы не 
возьму… У них на кухне лежал покойник!
     Кеню даже всплакнул. История о покойнике на кухне получила распространение. Кеню 
дошел до того, что краснел перед покупателями, когда замечал, что они слишком откровенно 
нюхают его колбасу. Он сам возобновил разговор с женой о переезде. Ни слова не говоря, она 
занялась поисками нового помещения; нашла она его в нескольких шагах от дома, на улице 
Рамбюто, в отличном месте. То обстоятельство, что напротив открывался Центральный рынок, 
должно было утроить число покупателей, создать известность заведению во всех концах 
Парижа. Кеню позволил втянуть себя в безумные расходы: свыше тридцати тысяч франков он 
вложил в отделку магазина, потратил на мрамор, на зеркальное стекло, на позолоту. Лиза 
проводила долгие часы с рабочими, входя с ними в обсуждение мельчайших деталей. Когда 
наконец она заняла свое место за прилавком, покупатели валом повалили, и только для того, 
чтобы увидеть колбасную. Облицовка стен была вся из белого мрамора, огромное квадратное 
зеркало на потолке обрамляла широкая полоса золоченых, богато орнаментированных лепных 
украшений; в центре этого зеркального потолка висела люстра с четырьмя рожками; а цельное 
зеркало, занимавшее весь простенок за прилавком, и другие зеркала в мраморных рамах — 
слева и в глубине — казались озерами света, дверьми, которые открывались в другие залы, 
умноженные до бесконечности, доверху наполненные выставленными мясными яствами. 
Особенно хвалили огромный прилавок, помещавшийся справа; все находили, что розовые 
мраморные ромбы, сделанные в виде симметричных медальонов, — чудесная работа. Пол был 
выстлан белыми и розовыми плитками с бордюром из темно-красного греческого орнамента. 
Квартал гордился своей колбасной, и никому больше не приходило в голову судачить о кухне 
на улице Пируэт, где лежал покойник. В течение целого месяца соседки останавливались на 
тротуаре, чтобы сквозь развешанные на витрине колбасы и бараньи, сальники поглядеть на 
Лизу. Они любовались ее бело-розовой кожей не меньше, чем мрамором. Она казалась душой, 
живым источником света, здоровым и надежным божком колбасной; отныне ее иначе не 
называли, как «красавица Лиза».
     Дверь справа вела из лавки в столовую, очень чистую комнату с буфетом, обеденным 
столом и стульями из светлого дуба, с плетеными сиденьями. От циновки на паркете, палевых 
бумажных обоев и светлой клеенки под дуб комната казалась холодноватой; уют придавала ей 
только сверкающая медью висячая лампа, которая спускалась с потолка, раскинув прямо над 
столом абажур из прозрачного фарфора. Дверь из столовой вела в просторную квадратную 
кухню. А кухня сообщалась с мощеным двориком, который служил складочным местом и был 
заставлен глиняными мисками, бочонками, всякой негодной домашней утварью; слева от 
колодца, подле канавы, куда выливали помои, увядали поблекшие цветы, убранные с витрины.
     Дела пошли превосходно. Кеню, которого ужаснули предварительные расходы, теперь 
проникся чуть ли не почтением к жене, ибо она, как он выражался, женщина «мозговитая». 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.