Случайный афоризм
Библиотеки - госрезерв горючих материалов на случай наступления ледникового периода. (Владимир Бирашевич (Falcon))
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

он хлопнул его по плечу.
     — Гавар!
     Тот поднял голову, с недоумением разглядывая и не узнавая представшую перед ним 
долговязую черную фигуру. Затем в крайнем изумлении воскликнул:
     — Вы! вы! Как, неужели это вы?
     Гавар чуть не выронил своих жирных гусей. Он никак не мог успокоиться. Однако, 
заметив свояченицу и мадемуазель Саже, которые издали с любопытством наблюдали эту 
встречу, Гавар пошел вперед, говоря:
     — Идемте, не нужно останавливаться… Здесь слишком много глаз и длинных языков.
     Они зашли в галерею, чтобы поговорить. Флоран рассказал, что ходил на улицу Пируэт. 
Гавара это очень рассмешило; он от души хохотал и сообщил Флорану, что его брат Кеню 
переехал и открыл новую колбасную в двух шагах отсюда, на улице Рамбюто, против 
Центрального рынка. Но особенно потешался он над тем, что Флоран все утро провел с этим 
шутником Клодом Лантье: ведь Клод племянник г-жи Кеню! Гавар хотел было повести 
Флорана в колбасную. Затем, узнав, что Флоран вернулся во Францию с подложными 
документами, Гавар принял все меры, дабы соблюсти секретность. Он решил идти впереди 
Флорана, на расстоянии пяти шагов, чтобы не привлекать ничьего внимания. Проходя через 
павильон живности, Гавар повесил на своей витрине обоих гусей, затем пересек улицу 
Рамбюто; Флоран следовал за ним по пятам. Там, остановившись посреди мостовой, Гавар 
глазами указал ему на большую красивую колбасную.
     Косые лучи солнца падали на улицу Рамбюто, заливая светом фасады домов, среди 
которых начало улицы Пируэт казалось черной дырой. На другом конце огромный корабль 
церкви св.Евстафия стоял, весь позолоченный солнечной пылью, как огромная рака с мощами. 
А в самой гуще толпы, в глубине перекрестка, двигалась в ряд армия метельщиков, равномерно 
взмахивая метлами; тем временем мусорщики вилами кидали мусор в повозки, которые 
останавливались через каждые двадцать шагов, звеня битыми черепками. Но Флоран видел 
только большую колбасную, открытую и сияющую в свете восходящего солнца.
     Колбасная эта стояла почти на самом углу улицы Пируэт. Все в ней тешило взор. Светлая, 
переливающаяся яркими красками, которые так и играли на белизне ее мраморной облицовки, 
она дышала безмятежностью. Вывеска являла собой нечто вроде масляной картины под 
стеклом, где фамилия Кеню-Градель сверкала крупными золотыми буквами в рамочке из ветвей 
и листьев, выписанных на нежном фоне. На щитах по бокам витрины, тоже написанных 
масляными красками и застекленных, были изображены толстощекие амурчики, порхающие 
среди кабаньих голов, свиных отбивных, гирлянд сосисок; и эти натюрморты, украшенные 
всевозможными завитушками и розетками, отличались такой сладостной, акварельной 
мягкостью, что даже сырое мясо на них отливало розовыми тонами, как фруктовое желе. В этом 
ласкающем глаз обрамлении открывалась выставка товаров. Они были разложены на подстилке 
из голубых бумажных стружек; кое-где тарелки с яствами были изящно убраны листьями 
папоротника, отчего казались букетами, окруженными зеленью. То был мир лакомых кусков, 
мир сочных, жирных кусочков. На первом плане, у самого стекла витрины, выстроились в ряд 
горшочки с ломтиками жареной свинины, вперемежку с баночками горчицы. Над ними 
расположились окорока с вынутой костью, добродушные, круглорожие, желтые от сухарной 
корочки, с зеленым помпоном на верхушке. Затем следовали изысканные блюда: страсбургские 
языки, варенные в собственной коже, багровые и лоснящиеся, кроваво-красные, рядом с 
бледными сосисками и свиными ножками; потом — черные кровяные колбасы, смирнехонько 
свернувшиеся кольцами, — точь-в-точь как ужи; нафаршированные потрохами и сложенные 
попарно колбасы, так и пышущие здоровьем; копченые колбасы в фольге, смахивающие на 
спины певчих в парчовых стихарях; паштеты, еще совсем горячие, с крохотными флажками 
этикеток; толстые окорока, большие куски телятины и свинины в желе, прозрачном, как 
растопленный сахар. И еще там стояли широкие глиняные миски, где в озерах застывшего жира 
покоились куски мяса и фарша. Между тарелками, между блюдами, на подстилке из голубых 
бумажных стружек, были разбросаны стеклянные банки с острыми соусами, с крепкими 
бульонами, с консервированными трюфелями, миски с гусиной печенкой, жестянки с тунцом и 
сардинами, отливающие муаром. В двух углах витрины стояли небрежно задвинутые туда 
ящики — один с творогом, а другой битком набитый съедобными улитками, начиненными 
маслом с протертой петрушкой. Наконец, на самом верху, с усаженной крючьями перекладины 
свешивались ожерелья сосисок, колбас, сарделек, — симметричные, напоминающие шнуры и 
кисти на роскошных драпировках; а за ними показывали свое кружево лоскутья бараньих 
сальников, образуя фон из белого мясистого гипюра. И на последней ступеньке этого храма 
брюха, среди бахромы бараньих сальников, между двумя букетами пурпурных гладиолусов, 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.