Случайный афоризм
Поэты рождаются в провинции, а умирают в Париже. Французская пословица
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

выдумка о том, что пожилой господин спрашивал Флорана, передавалась из уст в уста, 
торговки нашли ее необычайно потешной. Наконец-то долговязого упекут куда следует, теперь 
они не будут вечно видеть перед собой эту окаянную рожу, эти глаза каторжника. Скатертью 
дорога, говорили все они и выражали надежду, что хоть новый инспектор будет красивым 
мужчиной. Рыбницы бегали от прилавка к прилавку, они готовы были плясать вокруг каменных 
столов, как девчонки, избавившиеся от надзора. Прекрасная Нормандка наблюдала за всеобщим 
ликованием, прямая, застывшая, боясь пошевелиться, чтобы не заплакать. Она положила руки 
на большого ската, пытаясь унять свое волнение.
     — А Меюдены-то, видели? Теперь, когда он уже не может гнать монету, они его 
сбагрили, — сказала г-жа Лекер.
     — Что ж! Они правы, — отвечала мадемуазель Саже. — И потом, дорогая моя, может, 
хватит, а? Будет нам грызться!.. Вы-то довольны… Позвольте и другим устраивать свои дела.
     — Смеются только старухи, — заметила Сарьетта, — Нормандка не очень уж весела.
     Между тем Флоран, войдя в свою комнату, безропотно, словно ягненок, дал себя схватить. 
Агенты грубо набросились на него, должно быть предполагая встретить отчаянное 
сопротивление. Но Флоран лишь кротко попросил их не держать его за руки и сел на стул, 
ожидая, пока полицейские упаковывали бумаги, красные шарфы, нарукавные повязки и 
знамена. Флорана как будто не удивляла такая развязка; он даже чувствовал облегчение, хотя и 
не желал себе в этом признаться. Однако мысль о том, что его загнала в ловушку всеобщая 
ненависть, причиняла ему страдания. Флоран снова видел перед собой мертвенно-бледное лицо 
Огюста, потупившихся рыбниц, вспоминал слова матушки Меюден, молчание Нормандки, 
опустевшую колбасную; и он понял, что рынок причастен к заговору против него, что предал 
его весь квартал: вот-вот затопит Флорана жидкая грязь этих улиц.
     Когда перед его мысленным взором молниеносно пронеслись все эти круглые лица и 
среди них предстал образ Кеню, сердце Флорана сжала смертельная тоска.
     — Ну-ка, ступайте вниз, — грубо приказал агент.
     Флоран встал и вышел на лестницу. На четвертом этаже он попросил разрешения 
вернуться в комнату, где он что-то забыл. Но полицейские не позволили и толкали его, 
заставляя идти вперед. Флоран стал умолять их и даже предлагал деньги, которые были при 
нем. Наконец двое агентов поднялись с ним в мансарду, пригрозив, что пристрелят его на 
месте, если он вздумает их обмануть. Полицейские вытащили из карманов револьверы. А 
Флоран направился в своей комнате прямо к клетке с зябликом, вынул птичку и, поцеловав 
между крылышек, выпустил на волю. Он смотрел, как она взмыла кверху, озаренная солнцем, 
и, словно опьянев, опустилась на крышу рыбного павильона, затем снова взлетела над рынком 
и скрылась вдали, за сквером Дез-Инносан. Флоран еще с минуту постоял, смотря на небо, на 
свободное небо; он вспомнил о горлицах, воркующих в Тюильрийском саду, вспомнил о 
мертвых голубях в подвале, зарезанных Майораном. И тогда в нем словно что-то оборвалось; 
он пошел за полицейскими, которые, пожав плечами, спрятали револьверы в карманы. Внизу 
Флоран остановился перед дверью в кухню колбасной. Ждавший на площадке комиссар, почти 
тронутый его безропотной покорностью, спросил:
     — Не желаете ли проститься с братом?
     Флоран на секунду заколебался. Он взглянул на дверь. Из кухни доносился 
оглушительный стук сечек, звон кастрюль. Лиза затеяла в это утро варить кровяную колбасу, 
чтобы отвлечь внимание мужа, который обычно делал колбасу только по вечерам. На плите 
запевал свою песенку лук. Флоран услышал, как Кеню весело кричал, покрывая своим голосом 
кухонный шум:
     — Да, черт подери, кровяная колбаса сегодня будет вкусная… Огюст, давайте сало!
     И Флоран отклонил предложение комиссара; он боялся войти в эту жарко натопленную 
кухню, пропитанную крепким запахом жареного лука. Флоран прошел мимо, радуясь, что брат 
ничего не знает, и ускоряя шаги, чтобы избавить колбасную от еще одной, последней 
неприятности. Но когда на улице в глаза ему сверкнуло солнце, его охватил стыд, и он садился 
в фиакр сгорбившись, с посеревшим лицом. Флоран чувствовал на себе торжествующие 
взгляды рыбного павильона, ему казалось, что весь рынок в сборе и ликует.
     — Каков! До чего скверная рожа! — сказала мадемуазель Саже.
     — Поистине рожа каторжника, пойманного с поличным, — добавила г-жа Лекер.
     Сарьетта ощерила белые зубки.
     — А я однажды видела, как гильотинировали одного человека: точь-в-точь такое же лицо!
     Все три подошли поближе и, вытянув шеи, старались заглянуть внутрь фиакра. Карета 
тронулась; в эту минуту старая дева сильно дернула за юбки своих спутниц и показала на Клер, 
которая бежала по улице Пируэт, обезумевшая, растрепанная; из-под ногтей у нее сочилась 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.