Случайный афоризм
Произведения, написанные с удовольствием, обычно бывают самыми удачными, как самыми красивыми бывают дети, зачатые в любви.
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

набалдашник трости.
     Когда они с Флораном вышли на улицу, Клод сказал:
     — Нет, знаете, все ваши рассуждения меня не увлекают. Может статься, оно и 
замечательно, но как-то не доходит до моего понимания… Ах да! Послушайте, среди вас есть 
великолепный экземпляр — я имею в виду этого проклятого Робина! Он — что колодец: глубок 
и темен… Я еще зайду к вам туда. Но только не ради политики. Приду делать зарисовки с 
Логра и Гавара; хочу поместить их вместе с Робином на одной изумительной картине, которую 
я придумал, пока вы обсуждали этот — как его — вопрос о двухпалатной системе… так, 
кажется? Вообразите себе Гавара, Логра и Робина, которые беседуют о политике под 
прикрытием пивных кружек, а? Каково? Милый мой, картина будет иметь успех в Салоне, 
потрясающий успех, это будет по-настоящему новая живопись.
     Флорана огорчило скептическое отношение Клода к политике. Он повел его к себе домой 
и продержал до двух часов ночи на узком балкончике, с которого виднелась синеющая громада 
Центрального рынка. Флоран всячески увещевал Клода, говоря, что он не мужчина, если так 
безразличен к счастью родины. Художник, покачивая головой, отвечал:
     — Может быть, вы и правы. Я эгоист. Я даже не могу сказать, что пишу картины для 
своей родины: во-первых, от моих эскизов все в ужасе шарахаются, а во-вторых, я пишу для 
собственного услаждения. У меня такое чувство, будто я сам себя щекочу, когда работаю над 
картиной: все во мне смеется… Что делать? Так уж я устроен, не топиться же из-за этого! Да 
Франция во мне и не нуждается, как правильно заметила моя тетушка Лиза… Кстати, вы 
позволите мне быть откровенным? Так вот, за то я вас и люблю, что вы, по-моему, совершенно 
так же занимаетесь политикой, как я живописью. Вы себя, мой милый, щекочете.
     Флоран стал возражать, но Клод сказал:
     — Полно вам! Вы в своей области художник, вы политик-мечтатель. Держу пари, что вы 
проводите здесь вечера, созерцая созвездия, которые кажутся вам избирательными 
бюллетенями в мире бесконечности… Вы попросту щекочете себя вашими идеями 
справедливости и истины. Это так же верно, как то, что ваши идеи, наравне с моими эскизами, 
наводят на буржуа панический ужас… А затем — говоря между нами, — как по-вашему, будь 
вы Робином, стал бы я вашим другом? Ах вы, поэт!
     В заключение Клод шутя заметил, что политика ему не мешает, его приучили к ней в 
пивных и мастерских. По этому поводу он упомянул кафе на улице Вовилье, кафе в первом 
этаже дома, где жила Сарьетта. Эта прокуренная зала, уставленная потертыми плюшевыми 
банкетками и мраморными столиками в желтых пятнах от чашечек кофе с коньяком, была тем 
местом, где обычно собирались молодые щеголи Центрального рынка. Здесь царил г-н Жюль, 
окруженный оравой носильщиков, приказчиков, молодчиков в белых блузах и бархатных 
картузах. Г-н Жюль носил бачки — две запятые на щеках. Затылок же, дабы шея была белой, 
г-н Жюль подбривал каждую субботу у парикмахера на улице Двух экю, абонируясь у него 
помесячно. Итак, г-н Жюль задавал тон в этой компании, особенно когда играл на бильярде; с 
рассчитанным кокетством он то выставлял бедро, то плавно заносил руку и приседал, то 
ложился грудью на сукно, изогнувшись в грациозной позе, которая давала возможность по 
достоинству оценить его мощную спину. Молодчики из этой банды отличались весьма 
реакционными взглядами и весьма светскими интересами. Г-н Жюль читал газеты — те, что 
приятно почитать. Он знал актеров маленьких театров, обходился запанибрата с модными 
знаменитостями и всегда мог дать справку, провалилась ли или имела успех пьеса, 
поставленная накануне. Но г-н Жюль питал слабость к политике. Идеалом его был Морни, как 
фамильярно называл он его, опуская титулы. Г-н Жюль читал отчеты о заседаниях 
Законодательного корпуса, заливаясь смехом над каждой, самой заурядной остротой Морни: а 
здорово поддел Морни прохвостов республиканцев! Тут г-ну Жюлю предоставлялся повод 
поговорить о том, что только разный сброд ненавидит императора, ибо император хочет, чтобы 
приличные люди жили в свое удовольствие.
     — Я был несколько раз в их кафе, — рассказывал Клод Флорану. — Презабавный вид у 
этих субъектов, когда они, сидя с трубками, толкуют о придворных балах, как будто были 
среди приглашенных… Знаете, недавно вечером тот молодчик, что живет с Сарьеттой, весьма 
едко насмехался над Гаваром. Он называет его: «мой дядюшка»… Так вот, когда Сарьетта 
зашла за Жюлем, она была вынуждена за него заплатить, выложила шесть франков, потому что 
играли на вино, а Жюль проиграл партию в бильярд… А ведь Сарьетта красивая, правда?
     — Однако вам неплохо живется, — с улыбкой заметил Флоран, — Кадина, Сарьетта и, 
верно, еще кто-нибудь, да?
     Художник пожал плечами.
     — Вот уж нет, ошибаетесь, — ответил он. — Мне не нужны женщины, они бы мне только 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.