Случайный афоризм
То, что по силам читателю, предоставь ему самому. Людвиг Витгенштейн
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

неудержимым потоком огненных зарождений.
     Но по  мере  того,  как  взоры  Максима  и  Рене  проникали  в  темноту
оранжереи, вся эта оргия листьев и стеблей становилась еще безудержней;  они
уже не различали на  ступеньках  мягких,  как  бархат,  арророутов,  лиловых
колокольчиков глоксиний, драцен, похожих на  лакированные  дощечки  красного
дерева, -  то  был  хоровод  оживших  трав,  гонявшихся  друг  за  другом  с
ненасытной страстью. По углам, там, где за завесами лиан скрывались беседки,
чувственные грезы Рене и  Максима  претворялись  в  еще  более  исступленные
образы;   гибкие   стебли   ванили,   кукольвана,   мохночашника,    бегоний
простирались,  точно  бесконечные  руки  невидимых  любовников,   неудержимо
тянувшиеся к рассеянным вокруг них усладам. Эти непомерно  длинные  руки  то
повисали в изнеможении, то сплетались в любовных спазмах,  обвивали,  ловили
друг друга, точно  обуреваемые  похотью  живые  существа.  Это  было  буйное
вожделение девственного леса, где пылали цветы и зелень тропиков.
     Во власти своей извращенной чувственности Рене и Максим ощущали, как их
захватывают могучие браки земли. Сквозь медвежью  шкуру  земля  обжигала  им
спину, высокие пальмы роняли на них  каплями  зной.  В  них  проникали  соки
земли,  струившиеся  в  деревьях,  рождающие  буйную  жажду   произрастания,
гигантского размножения. Они приобщались к страстному неистовству оранжереи;
в ее бледном сиянии их томили видения и кошмары, в которых  они  становились
свидетелями лобзаний  пальм  и  папоротников;  неясные,  странные  очертания
листьев воплощались в чувственные образы, им слышались шепот, томные голоса,
исступленные вздохи, приглушенный крик боли, отдаленный смех: то эхо вторило
их поцелуям. Порой им казалось, что под ними  колеблется  почва,  как  будто
сама земля  в  пароксизме  утоленного  желания  разражалась  сладострастными
рыданиями.
     Если бы даже они закрыли глаза, если бы удушливая жара и  бледный  свет
не извратили их чувств, то одних запахов было бы достаточно для того,  чтобы
вызвать в  них  необычайное  нервное  возбуждение.  Бассейн  обволакивал  их
облаком крепкого запаха, в котором сливались  тысячи  благоуханий  цветов  и
зелени; порой, как воркованье дикого голубя, разливался  аромат  ванили,  но
его заглушал резкой ноткой запах станопеи, чьи пестрые уста разносят горькое
дыхание, как у выздоравливающего больного. Орхидеи в корзинках,  подвешенных
на цепочках, струили тяжелые ароматы, подобно живым кадилам.  Но  надо  всем
царил, растворяя в себе все эти смутные дуновения, человеческий запах, запах
любви, столь знакомый Максиму, когда он целовал затылок Рене  или  зарывался
лицом в ее распущенные волосы. Их  пьянил  этот  запах  влюбленной  женщины,
веявший в оранжерее, точно в алькове, где рождала земля.
     Обычно  любовники  лежали  под  мадагаскарским  тангином   -   ядовитым
деревцом, лист которого когда-то надкусила Рене. Вокруг них  смеялись  белые
статуи,  созерцая  мощные  объятия  растений.  Луна,  передвигаясь  в  небе,
перемещала  тени,  оживляла  сцену  своим  изменчивым  светом.  И  любовники
уносились за тысячу лье от Парижа, далеко от легкомысленной жизни Булонского
леса и официальных салонов, в какой-то уголок леса в Индии или в  чудовищный
храм,  кумиром  которого  был  черный  мраморный  сфинкс.  Они  катились  по
наклонной плоскости к преступлению, к чудовищной любви, звериным ласкам. Вся
эта  копошившаяся  вокруг  них,  кишевшая  в  бассейне   жизнь,   обнаженное
бесстыдство листвы повергали  их  в  самую  гущу  страстей  дантова  ада.  И
тогда-то, в этой стеклянной клетке, бурлившей пламенным летним  зноем  среди
прозрачной декабрьской стужи, они вкушали  кровосмешение,  точно  преступный
плод горячей земли, испытывая затаенный ужас перед своим страшным ложем.  На
черной медвежьей шкуре белело застывшее в нервном напряжении  тело  Рене,  и
своей позой она напоминала припавшую к земле огромную кошку, которая  лежит,
вытянув  гибкую  спину,  готовясь  к   прыжку.   Вся   она   была   насыщена
сладострастием, и чистые линии ее плеч и бедер с кошачьей грацией выделялись
на черном пятне медвежьей шкуры, разостланной среди желтого песка аллеи. Она
подстерегала Максима,  как  добычу,  покорно  отдававшуюся  ей,  всецело  ей
принадлежавшую. По временам она вдруг наклонялась и  целовала  его  злобными
поцелуями. Ее  рот  раскрывался  алчным  кровавым  оскалом,  подобно  цветку
китайского гибиска, покрывавшего одну из стен дома.  Она  становилась  тогда

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.