Случайный афоризм
Писатели бывают двух категорий: одни пишут, чтобы жить, а другие живут, чтобы писать. Амин Ар-Рейхани
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

и лютики, как и на штофных обоях. Большая серая с  розовым  кровать,  дерево
которой скрывала шелковая обивка, упиралась изголовьем в стену  и  заполняла
полкомнаты  волнами  драпировок  из  гипюра  и  затканного  букетами  шелка,
спадавшими с потолка до самого ковра.  Все  это  напоминало  пышный  женский
наряд с вырезом, буфами, бантами, воланами; широкий полог, раздувавшийся как
юбка, вызывал в воображении образ влюбленной женщины, томно  склонившейся  и
готовой упасть на подушки.
     Под пологом  находилось  святилище;  здесь  в  благоговейном  полумраке
тонули мелко плиссированные  батистовые  оборки,  снег  кружев  и  множество
нежных и прозрачных вещиц.  Монументальная  кровать,  напоминавшая  часовню,
разукрашенную для какого-нибудь праздника,  подавляла  остальную  обстановку
комнаты: низенькие пуфы, зеркало в два метра вышины,  столики  с  множеством
ящиков. На полу был разостлан  голубовато-серый  ковер,  усеянный  бледными,
осыпавшимися розами, а по обе стороны кровати лежали большие черные медвежьи
шкуры, с серебряными когтями, подбитые  розовым  бархатом;  их  головы  были
обращены к окну, а стеклянные глаза устремлены в бездонное небо.
     В комнате царила нежная гармония, приглушенная тишина. Ни единая резкая
нота, ни блеск металла, ни светлая позолота не нарушали мечтательной мелодии
серых и розовых тонов. На отделке камина, на изящной рамке зеркала, на часах
и канделябрах из старинного севрского фарфора  едва  виднелась  позолоченная
медная оправа. Этот гарнитур был подлинным чудом, особенно часы с  хороводом
толстощеких амуров, которые бежали,  наклоняясь,  вокруг  циферблата,  точно
веселая гурьба мальчишек, смеявшихся над  быстро  протекавшим  временем.  От
этой мягкой роскоши,  от  этих  ласкающих  взгляд  нежных  красок  и  вещей,
отвечавших вкусам Рене, в комнате как будто разливался сумрак, как в алькове
с задернутыми занавесками.  Казалось,  кровать  раздавалась  вширь  и  самая
комната с ковром  и  медвежьими  шкурами,  мягкой  мебелью,  мягкой  штофной
обивкой стен, вся эта мягкая от самого пола и  стен  и  до  потолка  комната
представляла лишь огромную кровать. И как на кровати, так и  на  всех  вещах
молодая женщина оставляла свой отпечаток, тепло и благоухание  своего  тела.
Раздвигая двойные портьеры будуара, казалось, будто  приподнимаешь  стеганое
шелковое одеяло, скрывающее какое-то огромное ложе, еще  теплое  и  влажное,
где на тонком полотне сохранились очертания  прелестных  форм,  сна  и  грез
тридцатилетней парижанки.
     Большая смежная комната служила гардеробной;  вдоль  ее  высоких  стен,
обтянутых старинной персидской тканью, стояли высокие шкафы розового дерева,
в которых находилась целая армия платьев. Аккуратная Селеста вешала платья в
порядке их давности, нумеровала, вносила арифметические вычисления в голубые
и желтые  фантазии  своей  хозяйки;  горничная  поддерживала  в  гардеробной
благоговейный порядок ризницы и чистоту призовой конюшни. Никакой мебели там
не было, ни одной  тряпки  не  валялось;  шкафы  блестели  холодным  светлым
глянцем, как лакированные стенки кареты.
     Но лучшим украшением дома была туалетная комната Рене; об этой  комнате
говорил весь Париж. "Туалетная красавицы Саккар"  -  эти  слова  произносили
так, как сказали бы "зеркальная галерея в Версале". Комната эта находилась в
одной из башенок как раз над маленькой желтой  гостиной.  Глазам  входившего
сюда представлялся большой  круглый  шатер,  волшебный  Шатер,  разбитый  по
приказу какой-нибудь  мечтательной  и  влюбленной  воительницы.  С  середины
потолка,  из-под  серебряного  чеканного  венца,  спускались   полы   шатра,
расходясь округленным сводом и  спадая  вдоль  стен  до  полу.  Эта  богатая
драпировка из светлой кисеи, подбитой розовым шелком, собрана была местами в
широкие складки, а между ними просвечивали гипюровые  прошивки,  обрамленные
прутьями  из  червленого  серебра,  которые  сбегали  от  венца  вдоль  всей
драпировки. Серо-розовые тона спальни становились здесь светлее, переходя  в
бело-розовый цвет обнаженного тела.  Эта  кружевная  колыбель  под  пологом,
оставлявшим свободным только небольшой круг потолка под венцом - голубоватое
пространство, где художник Шаплен изобразил  смеющегося  амура,  натянувшего
лук, производила впечатление бонбоньерки  или  ценного  ларца  для  хранения
бриллиантов, но предназначенного скрывать не блеск камней, а женскую наготу.
Под ногами расстилался белоснежный ковер без единого цветка. Зеркальный шкаф

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.