Случайный афоризм
Не тот писатель оригинален, который никому не подражает, а тот, кому никто не в силах подражать. Франсуа Рене де Шатобриан
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

головную боль.
     - Э, моя красавица, - проворковала Сидояия,  прокравшись  в  полутемную
комнату, - да  какая  же  здесь  духота!..  Все  невралгия  мучает?  Это  от
огорчения, уж очень вы близко все к сердцу принимаете.
     - Да, у меня много забот, - томно ответила Рене.
     Становилось темно.  Рене  не  велела  Селесте  зажигать  лампу.  Только
раскаленные угли  отбрасывали  яркие  красные  отблески,  освещавшие  фигуру
молодой женщины, вытянувшейся в креслах;  кружева  белого  пеньюара  в  этом
освещении казались розовыми. Из темноты выступал край черного платья Сидонии
и руки в серых  нитяных  перчатках,  сложенные  на  коленях.  Раздавался  ее
сладкий голосок.
     - Опять денежные неприятности? -  сказала  она  кротким,  соболезнующим
тоном, как будто бы речь шла о сердечных страданиях.
     Рене утвердительно опустила веки.
     - Ах, если бы мои братья послушались меня, мы бы все разбогатели. Но вы
ведь знаете, они только плечами пожимают, когда  я  говорю  о  долге  в  три
миллиарда. А я твердо верю в это  дело.  Я  уже  десять  лет  как  собираюсь
съездить в Англию, да все некогда!.. Я, наконец, решилась и послала в Лондон
письмо, теперь жду ответа.
     Видя, что Рене улыбается, она продолжала:
     - Я знаю, вы тоже недоверчиво относитесь к этому делу. Однако вам  было
бы очень  приятно  получить  от  меня  в  один  прекрасный  день  в  подарок
миллиончик...  Понимаете,  история  очень  простая:  один  парижский  банкир
одолжил денег сыну английского  короля;  банкир  умер,  не  оставив  прямого
наследника, поэтому государство имеет теперь право  потребовать  возвращения
долга с процентами. Я  произвела  расчет,  сумма  составляет  два  миллиарда
девятьсот сорок три миллиона, двести десять тысяч франков... Не бойтесь, все
получим, все...
     - Пока  что,  -  слегка  иронически  произнесла  Рене,  -  найдите  мне
кого-нибудь, кто дал бы мне взаймы  сто  тысяч  франков...  Я  бы  заплатила
своему портному, он не дает мне покоя.
     - Сто тысяч франков найдутся,  -  спокойно  отвечала  Сидония.  -  Надо
только дать за них настоящую цену.
     Угли погасли. Рене, разомлев еще больше, вытянула ноги, выставив из-под
пеньюара носки туфелек. Маклерша продолжала сочувственным тоном:
     - Милая вы моя, вы, право, неблагоразумны... Много я знаю женщин, но не
видела ни одной, которая так мало заботилась бы о своем здоровье. Взять хотя
бы молоденькую Мишлен, - вот уж эта умеет устраиваться: я невольно вспоминаю
вас, когда вижу, какая она счастливая и здоровая... А  знаете,  господин  де
Сафре без памяти в нее влюблен и уже преподнес ей подарков чуть не на десять
тысяч! Она, кажется, мечтает о собственной вилле.
     Сидения оживилась, стала рыться у себя в кармане.
     - У меня тут должно быть письмо от одной дамочки... Если бы  здесь  был
свет, я дала бы вам прочесть... Вообразите,  муж  ее  совсем  забросил;  она
подписала векселя, и ей пришлось занять  денег  у  одного  господина,  моего
знакомого. Я же и векселя ее вырвала из когтей судебного пристава, и  то  не
без труда... Что ж они, бедненькие, по-вашему, грех совершают? Я принимаю их
у себя, точно родных детей.
     - Вы знаете  человека,  который  мог  бы  одолжить  денег?  -  спросила
небрежно Рене.
     - Да я их с десяток знаю...  Вы  слишком  добры.  Мы  женщины  и  можем
многое, не стесняясь, сказать друг другу: так вот, хотя ваш муж - мой родной
брат, я не прощу  ему,  что  он  бегает  за  всякими  негодницами,  а  такую
прелесть, как вы, заставляет томиться за печкой... Эта Лаура д'Ориньи  стоит
ему целое состояние, и я не удивлюсь, если он вам отказал в деньгах. Ведь он
отказал, не так ли? Ах, негодяй!
     Рене благосклонно вслушивалась в этот вкрадчивый голос, доносившийся из
темноты, словно еще неясное эхо ее собственных дум. Полусомкнув веки,  почти
лежа в кресле, она уже забыла о  присутствии  Сидонии,  оиа  грезила,  и  ей
казалось, что  ее  мягко  обволакивают  грешные  мысли.  Долго  лилась  речь

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.