Случайный афоризм
Книга так захватила его, что он захватил книгу. (Эмиль Кроткий)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

шумную туманную даль аллеи с мерцающим светом,  наполненную  кишащей  черной
толпой. И это шествие причудливой, разношерстной толпы одних и  тех  же  лиц
продолжалось без конца, с утомительной равномерностью; из  провалов  темноты
выступали  яркие  краски  в  феерическом  хаосе  тысячи  пляшущих  огоньков,
брызжущих  из  витрин,  расцвечивающих  транспаранты  на  окнах  и  киосках,
пробегающих   по   фасадам   огненными   полосками,   рисунками,    буквами,
прокалывающих  тьму  звездочками,  непрестанно  скользящих  по  мостовой.  В
оглушительном шуме слышалось какое-то тягучее, однообразное  гудение,  точно
звуки шарманки, сопровождающие непрерывную процессию  заводных  кукол.  Рене
показалось, что случилось  какое-то  происшествие.  Поток  людей  устремился
влево, по тротуару проезда  Оперы.  Но,  посмотрев  в  лорнет,  она  увидела
стоянку омнибусов; в ожидании их на тротуаре стояло  много  народу,  и,  как
только тяжелая карета подъезжала, все гурьбой бросались к ней. Рене  слышала
грубый  голос  контролера,  выкликавшего  номера,  потом  до   нее   донесся
кристальный звон счетчика. Ее взгляд остановился  на  объявлениях  какого-то
киоска, размалеванного словно лубочная картинка:  на  квадрате  в  желтой  с
зеленым рамке была изображена голова ухмыляющегося дьявола с  всклокоченными
волосами - реклама шляпного магазина, которую Рене не сразу  поняла.  Каждые
пять минут проезжал батиньольский  омнибус  с  красными  фонарями  и  желтым
кузовом и, заворачивая на улицу Ле-Пелетье, сотрясал своим грохотом дом;  на
империале Рене видела людей с утомленными лицами;  люди  эти  привставали  и
глядели на нее и Максима любопытным и жадным взглядом, точно подсматривали в
замочную скважину.
     - Ах, - проговорила она, - парк Монсо сейчас спокойно спит.
     Это были  единственные  произнесенные  ею  слова.  Они  минут  двадцать
простояли у окна молча, опьяненные шумом и огнями;  когда  был  подан  ужин,
сели за стол. Максим, видя, что присутствие лакея стесняет Рене, сказал ему:
     - Можете идти... Я позвоню.
     На щеках Рене играл румянец, глаза ее блестели, словно  после  быстрого
бега. Она как будто внесла с собой в комнату  что-то  от  шумного  оживления
бульвара. Она не позволила своему спутнику закрыть окно.
     - Ах, это оркестр, - сказала она, когда Максим поморщился  от  шума.  -
Разве ты не находишь, что это забавная музыка и прекрасный  аккомпанемент  к
устрицам и куропаткам?
     Рене помолодела от своей проделки - ей нельзя было дать  тридцати  лет.
Движения  ее  стали  быстры,  слегка  лихорадочны;  этот  ужин  в  отдельном
кабинете, вдвоем с молодым человеком, среди уличного шума возбуждал  ее:  он
придавал ей вид особы легкого поведения. Она энергично принялась за устрицы.
Максим не был голоден, он с улыбкой смотрел, как она их поглощала.
     - Черт возьми! - пробормотал он. - У тебя  аппетит,  как  у  настоящего
кутилы.
     Рене остановилась, ей стало неловко, что она ест с такой жадностью.
     - Ты удивляешься, что  я  так  проголодалась?  Виноват  этот  идиотский
бал... Ах, бедненький мой, как мне жаль, что ты вращаешься в таком обществе!
     - Ты же прекрасно  знаешь,  я  обещал  тебе  бросить  Сильвию  и  Лауру
д'Ориньи, как только твои приятельницы согласятся со мной поужинать.
     - Не сомневаюсь, черт возьми, - воскликнула Рене с великолепным жестом.
- Сознайся, что мы гораздо занимательнее этих дам...  Да  если  бы  любовник
скучал с нами так, как вы, вероятно, скучаете с вашими Сильвиями и  Лаурами,
он бы не  выдержал  и  сбежал!  Ты  никогда  меня  не  слушаешься.  Попробуй
как-нибудь на днях.
     Не желая звать лакея, Максим встал, убрал устричные раковины и  взял  с
консоли блюдо с куропаткой. Стол  был  накрыт  с  ресторанной  роскошью.  От
камчатной  скатерти  веяло  очарованием  кутежей,   и   Рене   с   трепетным
удовлетворением брала своими изящными ручками то вилку, то нож,  то  стакан.
Она  пила  большими  глотками  вино,  хотя  обычно  пила  лишь  воду,   чуть
подкрашенную красным вином. Максим прислуживал  ей  с  комическим  усердием,
держа салфетку подмышкой, и вдруг спросил:
     - Почему ты так обозлилась на господина  Сафре?  Что  он  тебе  сказал?
Может быть, он нашел, что ты некрасива?

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.