Случайный афоризм
Чем больше человек пишет, тем больше он может написать. Уильям Хэзлитт (Гэзлитт)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

смотрел на нее, сжав губы, словно погруженный в немое  горе.  Больной  стало
хуже. Однажды вечером врач откровенно сказал, что  она  не  переживет  ночь.
Сидония пришла рано, она была чем-то озабочена  и  смотрела  на  Аристида  и
Анжелу  своими  затуманенными  глазами,  в  которых  вспыхивали   мимолетные
искорки. Когда доктор ушел, она убавила в лампе  огонь;  стало  очень  тихо.
Смерть медленно вступала в душную комнату, где прерывистое дыхание умирающей
раздавалось, как надтреснутое тиканье часов, готовых  вот-вот  остановиться.
Сидония перестала возиться с  лекарствами,  предоставляя  болезни  довершить
свое дело. Она присела к камину рядом с братом. Аристид нервно мешал уголья,
бросая невольные взгляды на постель. Потом, точно не в силах больше  вынести
тяжелый воздух и печальное зрелище, вышел в соседнюю  комнату.  Там  заперли
маленькую Клотильду, и она тихонько играла  на  коврике  с  куклой.  Девочка
улыбнулась отцу; тут в комнату проскользнула  Сидония,  увлекла  Аристида  в
угол и заговорила  шепотом.  Дверь  осталась  открытой.  Слышен  был  легкий
предсмертный хрип Анжелы.
     - Твоя бедная жена... - зарыдала комиссионерша, - мне кажется, что  все
кончено. Ты слышал, что сказал врач?
     Саккар только скорбно опустил голову.
     - Она была доброй женщиной, - продолжала его сестра,  говоря  так,  как
будто Анжела уже умерла. - Ты сумеешь найти женщин богаче,  более  светских,
но никогда не найдешь такой души...
     Она остановилась, вытерла глаза и, казалось,  искала  удобный  переход,
чтобы заговорить о другом.
     - Тебе нужно мне что-то сказать? - отрезал Саккар.
     - Да, я занялась известным тебе делом и, кажется, нашла... Но  в  такую
минуту... знаешь, у меня сердце разрывается...
     Сидония снова вытерла глаза. Саккар  молчал,  спокойно  предоставив  ее
самой себе. Тогда она решилась.
     - Речь идет об одной молодой девице, которую  хотят  немедленно  выдать
замуж, - сказала она. - С  бедняжкой  приключилось  несчастье.  У  нее  есть
тетка, она готова пожертвовать...
     Сидония оборвала свою речь, захныкала,  запричитала,  точно  продолжала
горевать о бедняжке Анжеле. Все  это  делалось  с  целью  вывести  брата  из
терпения  и  навести  его  на  расспросы;  она  хотела  снять  с  себя  долю
ответственности  за  свое   предложение.   И,   действительно,   в   Саккаре
пробуждалось глухое раздражение:
     - Ну, чего ты остановилась? Продолжай. Зачем понадобилось выдать  замуж
эту девицу?
     - Она окончила пансион, - продолжала комиссионерша жалобным голосом,  -
и в имении, где она гостила у своей подруги, ее соблазнил один человек. Отец
только сейчас узнал об этом и чуть не  убил  девушку.  Тетка,  желая  спасти
бедняжку, сообща с нею придумала целую историю, и они рассказали отцу, будто
виновник падения честный малый и готов загладить свой проступок.
     - В таком  случае,  -  проговорил  Саккар  удивленным  и  даже  немного
сердитым тоном, - этот господин женится на ней.
     -- Нет, ему нельзя, он женат.
     Они  замолчали.  Предсмертный  хрип  Анжелы  звучал  еще  горестнее   в
трепетной тишине.
     Маленькая Клотильда перестала играть. Она смотрела на  Сидонию  и  отца
своими большими, задумчивыми детскими глазами, как будто понимала, о чем они
говорят. Саккар задал несколько коротких вопросов:
     - Сколько лет девице?
     - Девятнадцать.
     - Какой срок беременности?
     - Три месяца. Вероятно, будет выкидыш.
     - Семья богатая, почтенная?
     - Старинная буржуазная семья. Отец служил в  судебном  ведомстве.  Люди
очень состоятельные.
     - А сколько жертвует тетка?
     - Сто тысяч франков.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.