Случайный афоризм
Нигде так сильно не ощущаешь тщетность людских надежд, как в публичной библиотеке. (Сэмюэл Джонсон)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

по два лье, чтобы свести между собой клиентов: барона  направляла  к  доброй
маменьке, старого господина убеждала одолжить нуждавшейся семье  три  тысячи
франков, находила утешителя белокурой дамочке и не слишком щепетильного мужа
для девицы, которой необходимо было срочно выйти замуж. Были у нее и крупные
дела, о которых она могла без стеснения говорить вслух, и она прожужжала ими
уши всем встречным и поперечным: то были - длительный  процесс,  который  ей
поручила вести разорившаяся знатная  семья,  и  какой-то  заем,  заключенный
Англией у Франции еще во времена Стюартов, - сумма его вместе  с  процентами
доходила до трех, миллиардов. Этот долг в три миллиарда был ее коньком;  она
пускалась в объяснения, не скупясь на подробности, прочитывала целую  лекцию
по, истории, и восторженный румянец задавал тогда ее дряблые и  желтые,  как
воск, щеки. Иногда между деловым свиданием с судебным приставом и визитом  к
приятельнице она успевала сбыть кофейник или резиновый плащ,  продать  купон
кружев, сдать на прокат фортепиано. Это были у нее  наименее  важные  дела..
Затем  она  спешила  в  свой  магазин  на  свидание  с  клиенткой,  желавшей
посмотреть кусок кружев, шантильи. Покупательница  являлась,  проскальзывала
как  тень  в  скрытую  от  посторонних  глаз  укромную  лавочку.  И  нередко
случалось, что одновременно на антресоли к г-же Туш входил с  улицы  Папийон
через ворота какой-нибудь господин, чтобы приглядеть себе фортепиано.
     Если Сидония не разбогатела, то  лишь  потому,  что  зачастую  работала
единственно из любви к искусству. Обожая  судебную  волокиту,  забывая  ради
чужих  дел  свои  собственные,  она  отдавала  себя  на  съедение  судебным,
приставам, но это доставляло ей наслаждение, ведомое только сутягам. Женщина
в ней умерла; она была ходатаем, по делам, комиссионером, и с утра до вечера
шаталась по Парижу со  своей  легендарной  корзиночкой,  наполненной  самыми
двусмысленными  товарами;  она  торговала  всем,  чем  угодно,   грезила   о
миллиардах и судилась из-за каких-нибудь десяти франков по поручению любимой
клиентки. Маленькая, худенькая, бледная, а освещенном черном  платье,  точно
выкроенном из судейской  тоги,  она  вся  как-то  съежилась,  и,  когда  она
поспешно  шла  по  тротуару,  ее  можно  было  принять  за  мелкого   писца,
переодетого в женское платье. Болезненная бледность ее лика напоминала  цвет
вексельной бумаги. На губах ее блуждала тусклая улыбка, а взгляд,  казалось,
утопал в хаосе торговых и всякого рода других  дел,  которыми  она  забивала
себе голову. Впрочем, держалась она робко и скромно: от нее слегка  отдавало
исповедальней и кабинетом акушерки, к людям  она  относилась  с  материнской
кротостью, подобно монахине, отрекшейся от  земной  любви,  но  сострадающей
сердечным мукам. Она никогда не говорила о своем муже, о  своем  детстве,  о
родне, о своих делах. Лишь одним она не  торговала  -  собой,  и  то  не  из
щепетильности, а просто потому, что такая мысль не могла притти ей в голову.
Она была суха, как счет, холодна, как  извещение  о  платеже,  равнодушна  и
груба в душе, как полицейский.
     Саккар, только что приехавший тогда из провинции, не мог сразу  постичь
сложные глубины многочисленных  специальностей  г-жи  Сидонии.  Однажды  она
очень серьезным тоном рассказала ему, как  человеку,  год  проучившемуся  на
юридическом факультете, о трех миллиардах; у него сложилось невысокое мнение
об ее уме. Она зашла на улицу Сен-Жак, сунула  нос  во  все  углы  квартиры,
оценила взглядом Анжелу; после этого она появлялась там лишь изредка,  когда
бывала по делам в том квартале и чувствовала потребность поговорить  о  трех
миллиардах. Анжела  отнеслась  с  доверием  к  этой  истории.  Комиссионерша
садилась  на  своего  конька  и  в  течение  часа  ослепляла   слушательницу
сверканием золотых монет. То был легкий психоз, поразивший  ее  изворотливый
ум,  тихое  помешательство,  услаждавшее  ее  жизнь,  погрязшую   в   жалком
торгашестве, волшебный мираж, - она упивалась им вместе со  своими  наиболее
легковерными клиентками. Впрочем, она настолько  уверовала  в  существование
трех миллиардов, что говорила о них, как о личном своем  состоянии,  которое
рано или поздно будет ей возвращено судьями, и это окружало чудесным ореолом
ее убогую черную шляпку, где качалось несколько выцветших фиалок на облезлых
проволочных стеблях. Анжела с удивлением таращила на  нее  глаза.  Несколько
раз она в разговоре с мужем почтительно отозвалась о невестке,  говоря,  что
благодаря г-же Сидонии они, быть  может,  когда-нибудь  разбогатеют.  Саккар

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.