Случайный афоризм
Плохи, согласен, стихи, но кто их читать заставляет? Овидий
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Ты не должен  плохо  отзываться  об  отце,  -  сказала  Рене.  -  Ты,
вероятно, поверхностно судишь о нем... Если бы я рассказала  тебе,  какие  у
него сейчас затруднения, если бы повторила  все,  что  он  говорил  мне  еще
сегодня вечером, ты увидел бы, как ошибочно его считают корыстолюбивым...
     Максим не мог удержаться, он пожал плечами и прервал мачеху ироническим
смехом:
     - Брось, я его знаю, я отлично его знаю... Он,  видно,  наговорил  тебе
всякого вздора, ну-ка, расскажи мне.
     Его насмешливый тон оскорбил Рене. Она стала  еще  больше  превозносить
своего мужа, коснулась шароннского дела  и  запутанной  истории,  в  которой
ничего не поняла, но считала ее катастрофой, выявившей ум и доброту Саккара.
Она добавила, что подпишет на следующий день акт о передаче прав, и, если ей
действительно грозит разорение, пусть это будет возмездием за ее проступки.
     Максим слушал и,  хихикая,  глядел  на  нее  исподлобья;  потом  сказал
вполголоса:
     - Так, так...
     И, положив руку на плечо Рене, добавил громче:
     - Дорогая моя, я тебе очень благодарен, но я знал всю эту историю... Эх
ты, простая душа!
     Он снова сделал вид,  будто  собирается  уйти.  Его  подмывало  все  ей
рассказать. Ее похвалы мужу вывели его из себя,  и  он  забыл  свое  решение
ничего не говорить, чтобы избежать неприятностей.
     - Как! Что ты хочешь сказать? - спросила она.
     - Э! Отец здорово тебя дурачит, ей-богу... Мне, право,  жаль  тебя;  ты
такая простушка!
     И он рассказал ей все, что слышал у Лауры, рассказал  подло,  низко,  с
затаенной радостью углубляясь во все эти  мерзости.  Ему  казалось,  что  он
мстит за какую-то неопределенную обиду, неизвестно кем  ему  нанесенную.  Со
свойственным ему темпераментом продажной девки он передал  ей  весь  гнусный
разговор, подслушанный под дверью. Он беспощадно сообщил Рене обо всем - и о
деньгах, которые муж давал ей взаймы под ростовщические проценты, и  о  тех,
что собирался у нее украсть при помощи глупых небылиц.
     Рене слушала, сжав губы, страшно бледная. Она стояла у камина и, слегка
опустив голову, смотрела на огонь. Сквозь  ночную  сорочку,  которую  согрел
Максим, белело неподвижное, точно изваянное тело.
     - Я все это рассказываю, - добавил в заключение Максим, - чтобы  ты  не
позволила себя одурачить... Но сердиться на отца не  стоит,  -  он  не  злой
человек, хотя у него, конечно, есть недостатки, как у всех людей.  Итак,  до
завтра.
     Максим шагнул к двери. Рене остановила его резким движением.
     - Останься! - крикнула она повелительно.
     Она обхватила его, притянула вплотную, почти посадила к себе на  колени
и, целуя в губы, говорила:
     - Ну вот, теперь нам нечего стесняться,  это  просто  глупо...  Знаешь,
ведь со вчерашнего дня, после того как ты хотел со мной порвать, я хожу сама
не своя, точно дурочка. Нынче на балу у меня перед  глазами  стоял  какой-то
туман. Пойми, я больше не могу обойтись без тебя; если  ты  уйдешь,  у  меня
ничего не останется... Не смейся, я говорю то, что чувствую.
     Рене смотрела на него с бесконечной любовью, точно давно не видела его.
     - Ты прав, я действительно  была  простушкой,  твой  отец  мог  сегодня
внушить мне все, что угодно. Почем я знала! Когда он рассказывал эту  басню,
я  ничего  не  соображала,  слышала  только  какое-то  гуденье  и  была  так
подавлена, что он мог, если бы захотел, заставить меня на коленях  подписать
его бумажонки. А  я-то  вообразила...  Мучилась,  раскаивалась...  Надо  же,
право, до такой степени поглупеть!..
     Рене расхохоталась, в ее глазах загорелись искорки безумия.
     - Разве мы делаем что-нибудь  плохое?  -  продолжала  она,  еще  крепче
прижимаясь к Максиму. - Мы любим  друг  друга,  мы  развлекаемся  по-своему.
Разве все не поступают точно так же?.. Смотри, твой отец не  стесняется.  Он
любит деньги и пользуется любой возможностью нажиться.  Прекрасно,  мне  это

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.