Случайный афоризм
Очень трудно писать то, что является исключительно вашим изобретением, оставаясь при этом верным другому тексту, который вы анализируете. Жак Деррида
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Ну, ничего не поделаешь, пойду позвоню!.. Вы нескромны, господа.
     - Доброй ночи! - крикнул Максим, когда за ним закрылась дверь. Взяв под
руку отца, он пошел с ним вверх по бульвару.  Стояла  светлая  зимняя  ночь,
когда так хорошо дышать морозным воздухом и ходить  по  затвердевшей  земле.
Саккар находил, что Ларсоно сделал ошибку, ему следовало остаться  с  Лаурой
только в приятельских отношениях. Начав с этого, он завел разговор  о  вреде
связей с продажными женщинами. Проявив вдруг высоконравственные чувства,  он
изрекал сентенции, удивляя сына мудрыми советами.
     - Видишь ли, сынок... - говорил он, - все хорошо до  поры  до  времени.
Это вредно для здоровья и подлинного счастья не дает. Ты прекрасно знаешь, я
не буржуа по натуре. И все же с меня хватит, я решил остепениться.
     Максим хихикнул, остановил отца и, внимательно оглядев  его  при  свете
луны, объявил, что у него "потрясающе добродетельный вид".  Но  Саккар  стал
еще серьезнее.
     - Шути, сколько душе угодно, а я тебе повторяю, что  нет  ничего  лучше
семейной жизни, если хочешь сохраниться и быть счастливым.
     Тут Саккар заговорил о Луизе. Они пошли медленнее,  чтобы  покончить  с
этим делом, раз уж о нем зашла речь. Все улажено, Марейль назначил даже день
для подписания брачного контракта - воскресенье, на четвертой неделе  поста.
В четверг на той же неделе в  особняке  парка  Монсо  предполагался  большой
вечер;  Саккар  решил  воспользоваться  им,  чтобы   публично   объявить   о
бракосочетании сына.
     Максим нашел, что все устраивается как нельзя лучше.  Он  избавился  от
Рене, препятствия устранены; он подчинился отцу, как в свое время подчинился
мачехе.
     - Ну и прекрасно, - сказал он. -  Только  не  говори  ничего  Рене.  Ее
приятельницы поднимут меня на смех, станут дразнить;  я  предпочитаю,  чтобы
они узнали вместе со всеми.
     Саккар обещал держать все в тайне. Пока  они  поднимались  по  бульвару
Мальзерб, он надавал сыну много добрых советов, учил, как  устроить  райскую
супружескую жизнь.
     - Главное, никогда не порывай отношений с женой. Это большая  глупость.
Когда  расходишься  с  женой,  она  стоит  бешеных  денег...  Прежде   всего
приходится обзавестись любовницей, а в доме траты растут: тут и  туалеты,  и
особые развлечения жены, и ее приятельницы, и всякая дьявольщина.
     Саккар был настроен необычайно добродетельно.  Успех  шароннского  дела
вселил в его сердце идиллическую нежность.
     - В сущности, - продолжал он, - я создан для счастливой семейной  жизни
где-нибудь в провинциальной тиши. Никто меня  не  знает,  мой  мальчик...  Я
только кажусь непоседой. На самом деле я обожаю  проводить  время  вдвоем  с
женой и охотно бросил бы все дела,  будь  у  меня  скромная  рента,  которая
позволила бы мне удалиться в родной Плассан... Ты будешь богат, устрой  себе
с Луизой гнездышко, и живите себе, как два голубка. Чудесно! Я приду к вам в
гости, мне будет приятно полюбоваться вашим счастьем.
     У него послышались даже слезы в голосе.  Тем  временем  они  подошли  к
воротам дома и продолжали  разговаривать  на  тротуаре.  Здесь,  на  высотах
Парижа, дул свежий ветер. Ни звука не слышно было в светлом морозном воздухе
ночи; у Максима, пораженного умиленным настроением отца, вертелся  на  языке
вопрос.
     - Но ведь, кажется, - сказал он наконец, - сам-то ты...
     - Что?
     - Сам-то ты с женой... Саккар пожал плечами.
     - Э! Совершенно верно. Я был дураком. Потому-то я и говорю с тобой так,
убедившись на собственном опыте... Но мы помирились. О!  По-настоящему.  Вот
уже скоро полтора месяца. В те дни, когда  я  не  очень  поздно  возвращаюсь
домой, я всегда захожу к ней вечером. Сегодня  бедная  голубка  не  дождется
меня; я должен до утра работать. А как она замечательно сложена!..
     Максим протянул отцу руку; Саккар удержал ее, добавив  тише,  точно  по
секрету:
     - Ты знаешь фигуру Бланш Мюллер, так вот  у  нее  такая  же,  только  в

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.