Случайный афоризм
Самый плохой написанный рассказ гораздо лучше самого гениального, но не написанного. В. Шахиджанян
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

разглядывали эгрет и ожерелье.
     Белокурая г-жа Гафнер не могла устоять перед искушением:  она  подошла,
долго глядела на бриллианты и спросила завистливым тоном:
     - Это те самые?
     Репе  утвердительно  кивнула  головой.  Тут  все  дамы  рассыпались   в
похвалах: какие очаровательные, чудесные бриллианты; затем они с завистливым
восторгом заговорили  о  распродаже  у  Лауры  д'Ориньи,  где  Саккар  купил
бриллианты для своей жены, жаловались на то, что дамы полусвета  захватывают
лучшие драгоценности и скоро ничего не останется для честных  женщин.  В  их
жалобах сквозило желание ощутить на своем  оголенном  теле  известные  всему
Парижу драгоценности, украшавшие  плечи  какой-нибудь  знаменитой  грешницы,
драгоценности, которые расскажут им, быть может,  на  ушко  тайны  альковов,
столь занимавшие мечты этих светских дам.  Им  известны  были  дорогие  цены
аукциона, они упоминали о роскошной шали, великолепных кружевах. Эгрет стоил
пятнадцать тысяч франков, ожерелье  -  пятьдесят  тысяч.  Госпожу.  д'Эспане
приводили в восторг эти цифры, она подозвала Саккара.
     - Подите сюда, мы хотим вас поздравить! Какой хороший муж!
     Аристид  Саккар   подошел,   скромничая,   отвесил   поклон,   но   его
осклабившаяся  физиономия  выдавала  величайшее  удовлетворение.  Он  искоса
взглянул на обоих подрядчиков, - разбогатевшие каменщики стояли в нескольких
шагах от него и с нескрываемым почтением прислушивались к звону этих цифр.
     В эту минуту вошел Максим в красиво  облегавшем  фигуру  черном  фраке,
фамильярно оперся на плечо отца и тихо,  поприятельски  сказал  ему  что-то,
указывая взглядом на каменщиков.  Саккар  скромно  улыбнулся,  точно  актер,
которому аплодирует публика.
     Явилось еще несколько гостей. В гостиной теперь было человек  тридцать.
Разговоры возобновились, а когда  наступало  минутное  молчание,  за  стеной
слышался  легкий  звон  посуды  и  серебра.  Наконец  Батист  распахнул  обе
половинки двери и величественно произнес сакраментальную фразу:
     - Сударыня, кушать подано.
     Все медленно поплыли в столовую. Саккар подал руку маркизе, Рене  пошла
под руку с сенатором, старым бароном Гуро, перед которым  все  склонялись  с
величайшим  подобострастием,  Максиму  пришлось  предложить  руку  Луизе  де
Марейль, за ними следовали остальные гости, а замыкали шествие подрядчики.
     Сте*ны столовой, просторной квадратной комнаты, были отделаны  панелью,
вышиной в человеческий рост, из полированного грушевого дерева,  выделанного
под черное и покрытого тонкой золотой резьбой. Четыре больших  панно  должна
была  украсить  живопись  -  натюрморт,  но   хозяин   особняка,   очевидно,
остановился перед расходом на такую чисто художественную  отделку,  и  панно
остались пустыми, их просто обтянули темнозеленым бархатом.  Обивка  мебели,
занавеси и портьеры из той же материи придавали  комнате  чинный  и  строгий
вид, как бы для того, чтобы вся роскошь освещения сосредоточилась на столе.
     И на самом деле в тот вечер стол, стоявший посреди  комнаты  на  мягком
персидском ковре спокойных тонов, окруженный  стульями  с  высокими  черными
спинками, отделанными золотой резьбой, которые обрамляли его темной  чертой,
возвышался точно ярко освещенный  алтарь;  на  ослепительно  белой  скатерти
переливался хрусталь и горело серебро. Позади резных стульев в  зыбкой  тени
едва виднелись панели стен, большой низкий буфет, бархатные портьеры. Взгляд
невольно обращался к столу, наполняясь его ослепительным блеском.  В  центре
стояла  прелестная  ваза  из  матового   серебра   с   блестящей   чеканкой,
изображавшая  группу  фавнов,  похищающих  нимф;  над  группой  из  широкого
раструба вазы ниспадал гроздьями  огромный  букет  живых  цветов.  На  обоих
концах стола стояли другие вазы с цветами;  два  канделябра,  подобранные  к
центральной вазе, прибавляли блеск своих свечей к огням  люстры;  каждый  из
них  изображал  бегущего  сатира,  который  одной  рукой  прижимал  к   себе
изнемогающую женщину, а другой держал подсвечник с  десятью  свечами.  Между
этими  главными  украшениями  стола  были  симметрично  расставлены   разных
размеров жаровни с первыми блюдами, а между ними  чередовались  раковинки  с
закусками,  фарфоровые  корзинки,   хрустальные   вазы,   тарелки,   высокие
компотницы,  -  заранее  поданный  на  стол  десерт.  Вдоль  линии   тарелок

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.