Случайный афоризм
Писатель существует только тогда, когда тверды его убеждения. Оноре де Бальзак
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     Сильвер был потрясен, он обнял ее, пытался успокоить.
     - Ведь я же тебя люблю, -  шептал  он,  -  я  твой  брат.  Что  же  тут
грешного? Мы поцеловались, потому что нам было  холодно.  Мы  же  целовались
каждый вечер, когда прощались.
     - Совсем не так, как сейчас, - тихо-тихо ответила Мьетта. - Знаешь что,
не нужно больше так делать. Наверно, это грех, потому что мне  стало  как-то
совсем не по себе. Теперь мужчины будут смеяться надо мной, а  я  не  посмею
ничего сказать, потому что они ведь правы...
     Сильвер  молчал,  не  зная,  какими  словами  успокоить  растревоженное
воображение  этой  тринадцатилетней  девочки,  дрожащей,  испуганной  первым
любовным поцелуем.
     Он нежно прижал ее к себе, чувствуя, что она утешится, если вернется  к
теплой неге объятия. Но Мьетта оттолкнула его.
     - Знаешь что, давай уйдем, совсем уйдем отсюда! Я не могу  вернуться  в
Плассан; дядя изобьет меня, все будут на меня пальцами показывать...
     Вдруг ее охватило отчаяние.
     - Нет, нет, на мне проклятие, я не хочу, чтобы ты ушел со мной и бросил
тетю Диду! Оставь меня, брось меня где-нибудь на дороге!
     - Мьетта, Мьетта! - взмолился Сильвер. - Что ты говоришь!
     - Нет, нет, я освобожу тебя! Подумай сам, меня выгнали, как потаскушку.
Если мы вернемся вместе, тебе придется каждый день драться из-за меня.  Нет,
я не хочу!
     Сильвер поцеловал ее в губы, шепнув:
     - Ты будешь моей женой. Никто не посмеет тебя обидеть.
     Она слабо вскрикнула:
     - Нет, нет, не целуй меня так, мне больно!
     И, помолчав немного, добавила:
     - Ты сам знаешь, что я не  могу  стать  твоей  женой.  Мы  еще  слишком
молоды. Придется ждать,  а  я  тем  временем  умру  со  стыда.  Напрасно  ты
возмущаешься, все равно тебе придется бросить меня где-нибудь.
     Тут Сильвер не  выдержал  и  разрыдался  тем  сухим  мужским  рыданием,
которое надрывает душу. Мьетта испугалась; бедный мальчик весь трясся  в  ее
объятиях, и она целовала его в лицо, позабыв о  том,  что  поцелуи  обжигают
губы. Она сама виновата. Она - дурочка - не смогла вынести сладкой боли  его
ласки. С чего это на нее напали грустные мысли, когда Сильвер  поцеловал  ее
так, как еще не целовал никогда? И она прижимала его к своей груди,  умоляла
простить ее за то, что она его огорчила. Они плакали,  обхватив  друг  друга
дрожащими руками, и от их слез темная декабрьская ночь казалась еще мрачнее.
А вдали неумолчно, задыхаясь, рыдали колокола...
     - Нет, лучше  умереть,  -  повторял  Сильвер  среди  рыданий,  -  лучше
умереть!
     - Не плачь, прости меня, - лепетала Мьетта. - Ведь  я  сильная,  я  все
сделаю, что ты захочешь.
     Сильвер вытер слезы и сказал:
     - Ты права, нам нельзя возвращаться  в  Плассан.  Но  сейчас  не  время
падать духом. Если  мы  победим,  я  захвачу  тетю  Диду,  и  мы  все  уедем
далеко-далеко. А если не победим...
     Он остановился.
     - А если не победим?.. - тихо повторила Мьетта.
     - Тогда, что бог даст,  -  еще  тише  сказал  Сильзер.  -  Тогда  меня,
наверно, уже не будет в живых, и тебе придется утешать  несчастную  старуху.
Так будет лучше.
     - Правда, - прошептала Мьетта. - Лучше уж умереть. Этот призыв к смерти
заставил их еще теснее прижаться друг к другу. Мьетта твердо решила  умереть
вместе с Сильвером. Он говорил только о себе, но она чувствовала, что  он  с
радостью уведет ее с собой в  могилу;  там  они  смогут  любить  друг  друга
свободнее, чем при солнечном свете. Тетя Дида  тоже  умрет  и  соединится  с
ними. Эта жажда неземных наслаждений была у Мьетты как бы  предчувствием,  и
скорбные голоса колоколов, казалось, обещали ей, что небо скоро исполнит  ее
желание. "Умереть! умереть!" - колокола повторяли это  слово  все  громче  и

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.