Случайный афоризм
Желание быть писателем - это не претензия на определенный статус в обществе, а бытийная устремленность. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

- Молчите вы, дуры! Вас всякий проведет, как детей. Все они  рады  были  бы,
если бы я умер. И пожалуйста, не зовите ко  мне  племянника,  если  я  опять
заболею, потому что я и в тот раз был не очень-то спокоен, когда попал в его
руки. Это не доктор, а  коновал;  ни  один  порядочный  человек  у  него  не
лечится.
     Сев на своего конька, Маккар уже не мог остановиться.
     - А эта змея Аристид, - продолжал он, -  скверный  товарищ!  Предатель!
Неужели тебя могут обмануть его статьи в "Независимом", Сильвер! Значит,  ты
круглый дурак. Да ведь его статьи чорт знает как написаны. Я всегда говорил,
что он только прикидывается республиканцем, а сам заодно  со  своим  папашей
издевается над нами. Ты еще увидишь, как он переменит кожу... А его  братец!
Этот знаменитый Эжен, толстый болван, с которым носятся Ругоны!.. Они  имеют
наглость утверждать, что он занимает в Париже важное положение. Знаю  я  его
положение. Служит на Иерусалимской улице: шпик.
     - Кто вам сказал? Вы ведь ничего не знаете, -  перебивал  Сильвер.  Его
прямодушие было оскорблено лживыми нападками дяди.
     - Эх, я не знаю? Ты так думаешь? А я тебе говорю, что он шпик. Тебя, по
твоей доброте, можно стричь как барана. Какой ты мужчина! Я не хочу  сказать
ничего плохого о твоем брате Франсуа, но на твоем месте я бы обиделся на его
отношение. Он наживает хорошие деньги в Марселе и хоть бы раз  прислал  тебе
двадцать франков на развлечения. Если ты когда-нибудь попадешь в  нужду,  не
советую тебе обращаться к нему.
     - Я ни в ком не нуждаюсь, - отвечал молодой человек гордо, но не совсем
твердым голосом. - Моего заработка хватает на нас с тетей Дидой. Вы,  право,
жестоки, дядя.
     - Я говорю правду... Я хочу открыть тебе глаза. Наша  семья  -  гнусная
семья; как ни печально,  но  это  так.  И  даже  маленький  Максим,  сынишка
Аристида, девятилетний мальчишка, показывает мне язык, когда я прохожу мимо.
Этот ребенок скоро будет колотить свою мать, и поделом. Брось, что бы ты там
ни говорил, все эти люди не заслужили  своего  счастья;  но  ведь  в  семьях
всегда так: добрые страдают, а злые богатеют.
     Все  это  грязное  белье,  которое   Маккар   с   таким   удовольствием
перетряхивал  перед  племянником,   внушало   молодому   человеку   глубокое
отвращение. Ему хотелось вернуться к своим излюбленным темам. Но как  только
он начинал проявлять нетерпение, Антуан пускал в ход самые сильные средства,
чтобы восстановить его против родни.
     - Заступайся, заступайся за  них,  -  говорил  он,  как  будто  немного
спокойнее, - мне-то что, я с ними больше дела не имею. Если я что и  говорю,
так из любви к моей несчастной матери, к которой вся эта компания  относится
совершенно возмутительно.
     - Негодяи! - шептал Сильвер.
     - Это еще что, ты ведь ничего не знаешь, ничего не понимаешь. Нет таких
гадостей, которых Ругоны не говорили бы о бедной старухе.  Аристид  запретил
сыну здороваться с ней. Фелисите говорит, что ее надо упрятать в сумасшедший
дом.
     Тут молодой человек, бледный, как полотно, перебивал дядю.
     - Довольно! - кричал он. - Я не  хочу  больше  слушать.  Надо  положить
этому конец!
     - Что ж, я замолчу, коли тебе это неприятно, - продолжал  старый  плут,
прикидываясь добряком, - Но все-таки есть вещи, которые тебе следует  знать,
чтобы не остаться в дураках.
     Маккар, натравливая Сильвера на Ругонов, испытывал особое  наслаждение,
когда глаза  молодого  человека  наполнялись  слезами  обиды.  Он  ненавидел
Сильвера, пожалуй, еще больше, чем остальных, за то, что  тот  был  отличный
работник и никогда не пил.  Антуан  проявлял  самую  изощренную  жестокость,
изобретал самую  гнусную  ложь,  поражавшую  несчастного  мальчика  прямо  в
сердце, и  наслаждался  при  виде  его  бледности,  его  дрожащих  рук,  его
взглядов, полных  отчаяния,  со  злобным  сладострастием  низкого  человека,
который рассчитывает удары и целит  в  самое  больное  место.  Когда  Антуан
находил,  что  Сильвер  достаточно  раздражен  и  удручен,  он  переходил  к

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.