Случайный афоризм
Падение чересчур превознесенных писателей всегда совершается с необыкновенной быстротой. Уильям Мейкпис Теккерей
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

привлекательностью, были одухотворены такой  восторженностью  и  решимостью,
что, наверное, девушки этого края, смуглые  девушки  юга,  заглядывались  на
него, когда он в жаркие июльские вечера проходил мимо их калиток.
     Юноша все еще сидел, задумавшись, на надгробной плите, не чувствуя, как
лунный свет струится у него по груди  и  коленям.  Он  был  среднего  роста,
коренаст, с крепкими руками, руками мастерового, уже успевшими  огрубеть  от
работы; ноги, обутые в тяжелые шнурованные башмаки,  тоже  были  крепкие,  с
широкими ступнями.  Широкая  кость,  форма  рук  и  ног,  неуклюжесть  манер
изобличали в нем простолюдина; но в гордой посадке головы,  в  блеске  умных
глаз чувствовался глухой протест против отупляющей  черной  работы,  которая
пригибала его к земле. Под тяжеловесностью, присущей его породе, его классу,
угадывался природный ум, тонкая, нежная душа,  придавленная,  страдающая  от
того, что не может, сияя, вознестись над своей грубой оболочкой. И  поэтому,
несмотря на всю свою силу,  он  был  робок  и  неуверен.  Он  бессознательно
стыдился  своего  несовершенства  и  того,  что  не   знает,   как   достичь
совершенства. Это был славный малый;  его  невежественность  претворилась  в
энтузиазм; мужественное сердце юноши, управляемое разумом, было  способно  и
на беззаветную преданность и на героический подвиг. В тот вечер он был  одет
в вельветовые брюки и куртку зеленоватого оттенка.  Мягкая  фетровая  шляпа,
сдвинутая на затылок, отбрасывала на лоб полосу тени.
     Когда башенные часы пробили половину, он вдруг очнулся от  раздумья  и,
заметив, что  весь  залит  лунным  светом,  тревожно  оглянулся.  Он  быстро
откинулся в темный угол и потерял нить своих мыслей.  Тут  он  почувствовал,
что руки и ноги у него закоченели, и его охватило  нетерпение.  Еще  раз  он
влез на камень и заглянул через стену в Жа-Мейфрен, но там было  по-прежнему
пусто и тихо. Не зная, как убить время, он спрыгнул с камня, вынул ружье  из
груды досок и  начал,  забавляясь,  поднимать  и  спускать  курок.  Это  был
длинный, тяжелый карабин,  несомненно  принадлежавший  раньше  какому-нибудь
контрабандисту; по толщине приклада и массивности  ложа  можно  было  узнать
старое кремневое ружье, переделанное местным оружейником. Такие карабины еще
встречаются в деревнях, где их вешают над очагом.  Молодой  человек  любовно
поглаживал свое ружье; он раз двадцать спускал курок,  засовывал  мизинец  в
дуло, внимательно рассматривал приклад.  Он  загорелся  юношеским  пылом,  в
котором было еще много ребяческого. Наконец он приложил ружье к щеке и начал
целиться в пустоту, как новобранец на ученье.
     Скоро должно было пробить восемь часов.  Юноша  все  еще  целился,  как
вдруг с Жа-Мейфрена донесся тихий, задыхающийся голос, легкий, как вздох.
     - Ты здесь, Сильвер? - спросил кто-то.
     Сильвер бросил ружье и одним прыжком очутился на плите.
     - Да, да, - ответил он тоже приглушенным  голосом.  -  Постой,  я  тебе
помогу.
     Но не успел юноша протянуть руку, как над  стеной  показалась  девушка.
Необычайно ловко, словно кошка, она вскарабкалась по стволу тутового дерева.
Движения ее были уверенны и легки; видно было, что она не  раз  пользовалась
этим путем. Миг - и она очутилась на стене. Сильвер подхватил ее  и  перенес
на скамью. Она отбивалась.
     - Пусти, - говорила она, заливаясь детским смехом. - Да пусти  же...  я
сама могу спуститься.
     Усевшись на камне, она спросила:
     - Ты давно ждешь?.. я бежала изо всех сил, совсем задохнулась.
     Сильвер не ответил. Ему было не  до  смеха,  и  он  грустно  глядел  на
девушку. Сев рядом с ней, он сказал:
     - Мне нужно было с тобой увидеться, Мьетта.  Я  прождал  бы  всю  ночь.
Завтра, на рассвете, я ухожу.
     Тут  Мьетта  заметила  ружье,  валявшееся  в  траве.  Она  сразу  стала
серьезной и прошептала:
     - А!.. так, значит, решено... вон и ружье... Наступило молчание.
     - Да, - неуверенно ответил Сильвер. - Это мое ружье. Я унес его из дома
с вечера, а то утром тетя Дида увидит, что я его беру, и  разволнуется...  Я
его спрячу, а перед уходом зайду сюда за ним.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.