Случайный афоризм
Писательство - не ремесло и не занятие. Писательство - призвание. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

бы приобрести практику в хорошем обществе. Ну, хотя бы приходи по вечерам  в
наш салон. Ты познакомишься с господами Рудье, Грану, Сикардо. Это все  люди
солидные, они платят  по  четыре-пять  франков  за  визит.  От  бедняков  не
очень-то разбогатеешь.
     Стремление к успеху, к обогащению всей семьи превратилось у Фелисите  в
настоящую манию. Чтобы не огорчать мать, Паскаль провел несколько вечеров  в
желтом салоне. Против  ожидания  ему  не  было  скучно.  В  первый  раз  его
поразило, до какой степени тупости может дойти  нормальный  человек.  Бывшие
торговцы маслом и миндалем, и даже маркиз и майор, казались ему  любопытными
животными, каких  ему  еще  не  случалось  наблюдать.  Паскаль  с  интересом
натуралиста рассматривал их физиономии, на которых застыла гримаса;  по  ней
Паскаль угадывал их занятия, их вожделения. Он слушал  их  пустую  болтовню,
как если бы пытался уловить смысл мяуканья или собачьего лая. В то время  он
увлекался сравнительной  зоологией  и  переносил  на  людей  наблюдения  над
наследственностью у животных. В желтом салоне  он  чувствовал  себя,  как  в
зверинце.  Он  отыскивал  сходство  между  каждым  из  этих   обывателей   и
каким-нибудь животным. Маркиз своей худобой и маленькой  умной  головкой  до
смешного напоминал большого зеленого кузнечика; Вюйе  казался  ему  тусклой,
скользкой жабой; Паскаль был несколько снисходительнее настроен  к  Рудье  -
жирному барану, и майору - старому, беззубому догу. Зато Грану поверг его  в
изумление. Доктор целый вечер изучал его лицевой  угол.  Слушая,  как  Грану
бормочет какие-то угрозы по  адресу  кровопийц-республиканцев,  Паскаль  все
время ожидал, что он замычит как теленок, а когда Грану вставал с места,  то
доктору казалось, что он сейчас на четвереньках выбежит из гостиной.
     - Чего же ты молчишь? - шептала мать. - Постарайся получить практику  у
этих господ.
     - Я не ветеринар, - ответил Паскаль, потеряв, наконец, терпение.
     Однажды вечером Фелисите отвела его в сторону и  принялась  читать  ему
нотацию. Она рада, что он стал чаше бывать у них, и  надеется,  что  он  уже
втянулся в их общество; говоря это,  она,  конечно,  не  подозревала,  какое
странное  удовольствие  он  испытывает,  издеваясь  над  богачами.  Фелисите
задумала сделать сына модным доктором  в  Плассане.  Для  этого  достаточно,
чтобы его пустили в ход такие люди, как Грану и Рудье.  Но,  главное,  нужно
было внушить Паскалю политические взгляды семьи; она  понимала,  что  доктор
только  выиграет,  если  станет  сторонником  того  режима,  который  сменит
Республику.
     - Друг мой, - говорила  она,  -  теперь,  когда  ты  образумился,  надо
подумать о будущем. Тебя обвиняют в том, что ты республиканец, потому что ты
имеешь глупость бесплатно лечить всех  городских  нищих.  Скажи  откровенно:
какие у тебя убеждения?
     Паскаль  с  наивным  удивлением  взглянул  на  мать.  Потом,  улыбаясь,
ответил:
     - Мои убеждения? Право, не знаю... Вы говорите, меня  обвиняют  в  том,
что я республиканец? Ну, что же. Меня это ничуть не  смущает.  Наверно,  так
оно и есть, если под этим словом разумеют человека, который желает всеобщего
блага.
     - Но ведь это тебе ничего не даст, - живо перебила его Фелисите,  -  ты
ничего не достигнешь. Посмотри-ка на  братьев:  они  стараются  пробиться  в
жизни.
     Паскаль понял, что ему  нечего  оправдываться  перед  матерью  в  своем
эгоизме ученого. Она обвиняла его только в том, что он не  извлекает  выгоды
из политического положения. Он засмеялся, правда, немного грустным смехом, и
перевел разговор на другую тему. Фелисите  так  и  не  удалось  убедить  его
хорошенько обдумать этот вопрос и примкнуть к той партии, у  которой  больше
шансов на успех. Все же Паскаль время от времени проводил  вечера  в  желтом
салоне. Грану интересовал его, как некое допотопное животное.
     Между тем события развивались. Для плассанских политиков 1851  год  был
годом тревог и волнений, послуживших на пользу тайному замыслу  Ругонов.  Из
Парижа доходили самые противоречивые слухи: то побеждали  республиканцы,  то
партия консерваторов сокрушала  Республику.  Отголоски  споров,  раздиравших

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.