Случайный афоризм
Я полагаю, что обладать прекрасной душой для автора книги важнее, чем быть правым как можно чаще. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

разбогатеть,  разбогатеть  сразу,  в  несколько  часов,  наслаждаться  всеми
земными благами, пусть недолго, пусть хоть один год.  Всем  существом  своим
они рвались  к  этому,  рвались  грубо,  безудержно.  Они  все  еще  немного
рассчитывали на сыновей, эгоистически, не будучи в силах примириться с  тем,
что дали детям образование и не извлекли из этого никакой выгоды.
     Фелисите почти не состарилась. Эта маленькая  черненькая  женщина  была
по-прежнему непоседлива, неугомонна, как цикада. На улице со спины ее  можно
было принять за пятнадцатилетнюю девочку -  по  быстрой  походке,  худеньким
плечикам и тонкой талии. Даже лицо у нее мало изменилось, только щеки запали
и усилилось сходство с хорьком; у нее все еще было лицо  девочки,  иссохшее,
но сохранившее прежние черты.
     Что касается  Пьера  Ругона,  то  он  отрастил  брюшко,  превратился  в
почтенного буржуа, которому нехватало только, капитала для полной  важности.
Его одутловатое, бесцветное лицо, его грузная фигура  и  сонный  вид  -  все
говорило о богатстве. Однажды какой-то крестьянин, не  зная  Ругона,  сказал
при нем: "Ну и толстый! Должно быть, богач. Наверно,  нет  ему  заботы,  чем
завтра пообедать!" Эти слова поразили Пьера в самое сердце. Он  считал,  что
судьба жестоко подшутила  над  ним,  одарив  его  дородством,  самодовольной
важностью миллионера и оставив его  нищим.  По  воскресеньям,  бреясь  перед
маленьким грошовым зеркальцем, подвешенным у окна, он тешил себя мыслью, что
во фраке и в белом галстуке выглядел  бы  на  приеме  у  супрефекта  гораздо
представительнее  многих  плассанских  чиновников.  Этот  крестьянский  сын,
побледневший от деловых забот, разжиревший от сидячей  жизни,  скрывал  свои
низменные  вожделения  под  бесстрастным  от  природы  выражением   лица   и
действительно  обладал  той  безличной  и  внушительной   наружностью,   той
бессмысленной самоуверенностью,  которые  придают  представительный  вид  на
официальных приемах. Говорили, что он под башмаком у жены, и  ошибались.  Он
был упрям, как осел; чужая, резко выраженная  воля  приводила  его  в  такое
бешенство, что он готов был лезть в драку. Но Фелисите была ловка и  открыто
ему не противоречила. У этой карлицы был живой, пылкий характер, но  она  не
брала препятствий с бою: решив добиться чего-нибудь от мужа,  она  увивалась
вокруг него, кружилась, как цикада, жалила то тут, то там, сто раз повторяла
одно и то же, пока он, наконец, не сдавался, сам того не замечая. К тому  же
он сознавал, что жена умнее его, и довольно терпеливо выслушивал ее  советы.
Фелисите оказалась полезнее, чем муха в басне, и  зачастую  обделывала  свои
дела одним только жужжанием над ухом Пьера.  Как  это  ни  странно,  супруги
почти никогда не попрекали друг друга своими  неудачами.  Только  вопрос  об
образовании детей вызывал бурю.
     Революция 1848 года застала Ругонов настороже: все они  были  озлоблены
неудачами и готовы за горло схватить фортуну, попадись  она  им  в  укромном
месте. Все члены этой семьи  выжидали  событий,  как  разбойники  в  засаде,
готовые ринуться на добычу. Эжен караулил в Париже; Аристид мечтал  ограбить
Плассан; отец и мать, пожалуй,  еще  более  алчные,  чем  они,  рассчитывали
поработать сами, но непрочь были поживиться и за счет сыновей. И только один
Паскаль, скромный служитель науки, жил уединенной жизнью влюбленного в науку
ученого в маленьком светлом домике нового города.
   
III 
 
     В Плассане, этом обособленном городке, где в 1848 году были  так  резко
выражены  сословные  разграничения,  политические  события  находили  слабый
отклик. Даже в наши дни  голос  народа  здесь  мало  слышен:  его  подавляет
буржуазия  своей   расчетливостью,   дворянство   своим   немым   отчаянием,
духовенство  своими  тонкими  интригами.  Пусть  рушатся  троны,   возникают
республики - город сохраняет спокойствие. Когда в Париже дерутся, в Плассане
спят. Но если на поверхности все тихо  и  невозмутимо,  то  в  глубине  идет
глухая работа, весьма любопытная для наблюдений. Правда, на улицах не слышно
стрельбы, зато салоны нового города и квартала св. Марка кишат интригами. До
1830 года  с  народом  вовсе  не  считались.  Да  и  сейчас  его  продолжают
игнорировать.  Все  дела  вершат  духовенство,   дворянство   и   буржуазия.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.