Случайный афоризм
Когда вы заимствуете что-нибудь у одного писателя, это называется плагиатом, когда вы заимствуете у многих - это уже исследование. Уилсон Мизнер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

пройдет.
     - Нет, я крепкая, - гордо заявила Мьетта и,  засучив  рукава,  показала
свои округлые руки, сильные, как у взрослой женщины.
     Ей подали знамя. - Подождите! - крикнула она.
     Сбросив плащ, она вывернула его наизнанку и накинула на  плечи  красной
подкладкой кверху. Освещенная белым светом луны,  она  стояла  перед  толпой
словно в широкой пурпурной мантии, спадавшей до земли. Капюшон зацепился  за
прическу, и казалось - на  голову  надет  фригийский  колпак.  Мьетта  взяла
знамя, выпрямилась и прижала древко к груди. Складки кроваво-красного  стяга
развевались у нее  за  спиной,  ее  детское,  вдохновенное  лицо,  в  ореоле
кудрявых волос, с большими влажными глазами и улыбающимся полуоткрытым  ртом
было гордо и решительно  поднято  к  небу.  В  это  мгновение  она  казалась
олицетворением девственной Свободы.
     Толпа  повстанцев  рукоплескала.  Южане  с  пылким  воображением   были
захвачены, потрясены внезапным появлением высокой девушки в  красном  плаще,
страстно прижимающей к груди их знамя в отряде послышались возгласы:
     - Браво, Шантегрейль! Да  здравствует  Шантегрейль!  Пусть  остается  с
нами! Она принесет нам счастье!
     Они еще долго кричали бы, но раздался  приказ  о  выступлении.  Колонна
тронулась, и Мьетта, сжав руку Сильвера, стоявшего рядом с ней, шепнула  ему
на ухо:
     - Ты слышишь? Я остаюсь с тобой. Хочешь?
     Сильвер молча ответил на ее пожатие.  Он  соглашался.  Он  был  глубоко
потрясен, всеобщее воодушевление захватило его, Мьетта  казалась  ему  такой
прекрасной, такой великой, такой святой! И, поднимаясь  по  склону,  он,  не
отрываясь, смотрел на нее, сияющую, озаренную  славой.  Она  была  для  него
образом другой его возлюбленной - образом обожаемой Республики. Ему хотелось
поскорее дойти до города, скорее вскинуть на плечо ружье, но  повстанцы  шли
медленно.  Был  дан  приказ  производить  как  можно  меньше  шума.  Колонна
двигалась по аллее вязов, извиваясь, как огромная змея. Морозная декабрьская
ночь стала опять безмолвной. И только Вьорна, казалось, рокотала еще громче.
     Когда поравнялись с  первыми  домами  предместья,  Сильвер  побежал  за
ружьем на площадь св. Митра.  Она  все  так  же  дремала  в  лунном  сиянии.
Повстанцев он догнал уже у Римских ворот. Мьетта нагнулась к нему и  сказала
с детской улыбкой:
     - Мне кажется, что это крестный ход и я несу хоругвь.
 
II 
 
     Плассан - супрефектура, насчитывающая около десяти тысяч жителей. Город
построен на плоскогорье над Вьорной; на севере  он  упирается  в  Гарригские
холмы - последние отроги Альп, - и лежит словно в тупике. В  1851  году  его
соединяли с внешним миром  всего  лишь  две  шоссейные  дороги  -  одна,  на
востоке, спускалась по склону горы к Ницце, другая, на  западе,  поднималась
на Лион, продолжая первую почти по прямой линии. Позднее в  Плассан  провели
железную дорогу: полотно ее проходит с южной  стороны,  у  подножья  крутого
холма, круто обрывающегося от старинного крепостного вала к реке. При выходе
с вокзала можно,  подняв  голову,  увидеть  первые  дома  Плассана  и  сады,
нависающие террасами. Но чтобы дойти до этих домов, надо подниматься  добрых
пятнадцать минут.
     Лет двадцать тому назад, вероятно из-за отсутствия путей  сообщения,  в
Плассане еще царил ханжески-аристократический дух, присущий  старым  городам
Прованса. В нем был, да, впрочем, сохранился еще и до сих пор, целый квартал
больших особняков, построенных при Людовике XIV и  Людовике  XV,  с  десяток
церквей,  несколько  домов  иезуитов  и   капуцинов,   изрядное   количество
монастырей.  В  Плассане  классовые  различия  долгое   время   определялись
кварталами города. Этих  кварталов  три,  и  каждый  образует  обособленный,
самостоятельный городок со своими церквами,  своими  местами  для  прогулок,
своими нравами и своими интересами.
     Дворянский квартал, называемый по одному из  своих  приходов  кварталом

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.