Случайный афоризм
После каждого "последнего крика" литературы я обычно ожидаю ее последнего вздоха. Станислав Ежи Лец
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Антуан знает их... А вот Назер, вот Пужоль. Все пришли, все  откликнулись...
Валькейра... Смотри-ка, даже кюре с ними.  Мне  рассказывали  про  него.  Он
честный республиканец.
     У Сильвера кружилась голова. Теперь, когда в отрядах насчитывалось лишь
по  нескольку  человек,  ему  приходилось  спешить,  и  он  был  в  каком-то
исступлении.
     - Ах, Мьетта! - продолжал он. - Какое прекрасное шествие! Розан, Верну,
Корбьер!.. И это не все, ты сейчас увидишь!.. У них одни только косы, но они
скосят солдат, как траву на  лугах.  Сент-Этроп,  Мазе,  Гард,  Марсан,  вся
северная сторона Сейльи!.. Ну, конечно,  мы  победим.  Вся  страна  с  нами!
Взгляни на их руки. Черные, крепкие, как железо...  Конца  не  видно...  Вот
Прюина, Рош-Нуар. Это контрабандисты, у них карабины... А  вот  опять  пошли
косы и вилы. Опять деревенские  отряды.  Кастель-ле-Вье!  Сент-Анн!  Грайль!
Эстурмель! Мюрдаран!
     Сдавленным от волнения голосом Сильвер перечислял группы людей,  а  они
исчезали, пока он их называл,  подхваченные,  унесенные  вихрем.  Он  словно
вырос, лицо его пылало, он показывал на отряды, и Мьетта следила за нервными
движениями его руки. Она чувствовала, что дорога под откосом притягивает ее,
как пропасть. Боясь оступиться,  она  ухватилась  за  шею  Сильвера.  Что-то
захватывающее, опьяняющее исходило от  толпы,  воодушевленной  решимостью  и
верой. Люди, мелькавшие в лунном луче, юноши, мужчины, старики,  потрясающие
странным оружием, одетые в самые разнообразные одежды -  тут  были  и  блузы
чернорабочих и сюртуки буржуа, - вся  эта  бесконечная  колонна,  эти  лица,
которым ночная пора и вся обстановка придавали необычайную  выразительность,
которые  запечатлевались  в   памяти   своей   фанатической   решимостью   и
восторженностью, представлялись девушке неудержимым, стремительным  потоком.
Были мгновения, когда ей казалось, что не они идут, а марсельеза уносит  их,
что их увлекают грозные раскаты могучего пения. Мьетта  не  могла  разобрать
слов, она слышала только непрерывный гул, который переходил от низких нот  к
высоким, дрожащим, тонким, как острия, и эти острия как будто впивались ей в
тело. Громовые возгласы, призыв к борьбе и смерти, взрывы гнева, безудержное
стремление  к   свободе,   удивительное   сочетание   жажды   разрушения   с
благороднейшими порывами поражали ее в самое сердце и,  нарастая,  проникали
все глубже, причиняли ей сладостную боль, как  мученице,  которая  улыбается
под ударами бича. Людские волны текли вместе  с  потоком  звуков.  Батальоны
проходили всего лишь несколько минут, но Сильверу и Мьетте шествие  казалось
бесконечным. Мьетта была еще ребенком. Она побледнела,  увидев  войско,  она
оплакивала  утраченную  радость,  но  ее  пылкая,  страстная  натура   легко
загоралась энтузиазмом. Волнение овладело ею,  переполняло  ее.  Она  словно
превратилась в юношу. С какой  радостью  взяла  бы  она  ружье  и  пошла  за
повстанцами. Она смотрела на мелькавшие перед ней ружья и косы,  яркие  губы
ее раскрылись, обнажив  острые  зубы,  как  у  волчонка,  готового  укусить.
Сильвер все быстрее и быстрее перечислял деревенские отряды, и ей  чудилось,
что с каждым его словом колонна все стремительнее движется вперед. Скоро она
превратилась  в  буйный  вихрь,  в  тучу  пыли,  взметенную  ураганом.   Все
закружилось. Мьетта закрыла глаза. Крупные, горячие слезы текли по ее щекам.
У Сияьвера тоже к глазам подступили слезы.
     - Что-то не видно наших, а  они  ведь  сегодня  вышли  из  Плассана,  -
прошептал он.
     Он всматривался в  хвост  колонны,  еще  терявшийся  в  тени.  И  вдруг
торжествующе закричал:
     - Вот они... Они несут знамя, им доверили знамя!
     Он начал было спускаться с откоса, спеша присоединиться к своим,  но  в
это время повстанцы остановились. Вдоль колонны передавали приказ.  Отзвучал
последний  раскат  марсельезы,  и  теперь  слышался  только  неясный   ропот
взволнованной  толпы.  Сильвер  прислушался  и   разобрал   слова   приказа,
передававшегося от отряда к отряду:  плассанцев  призывали  стать  во  главе
колонны. Батальоны расступились,  пропуская  вперед  знамя.  Сильвер,  держа
Мьетту за руку, стал взбираться обратно на откос.
     - Идем, - сказал он, - мы раньше их добежим до моста и  встретим  их  с

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.