Случайный афоризм
Не тот писатель оригинален, который никому не подражает, а тот, кому никто не в силах подражать. Франсуа Рене де Шатобриан
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

корреспонденцию прямо к нему, минуя мэрию.
     По правде сказать, он успел распечатать лишь несколько писем,  но  зато
самые важные; чутье псаломщика подсказывало ему, где искать новости, которые
ему полезно узнать первому. Читая, он припрятал в  особый  ящик  те  письма,
какие решил попридержать; они могли раскрыть глаза другим, и он  потерял  бы
ореол героя, сохранившего мужество в тот час, когда  весь  город  дрожал  от
страха. Этот ханжа, остановив свой выбор на должности почтмейстера,  проявил
весьма тонкое понимание момента.
     Когда г-жа Ругон вошла, он рылся в огромной  груде  писем  и  газет,  -
вероятно под предлогом сортировки. Он встал, улыбаясь своей  подобострастной
улыбкой, и подвинул ей стул. Его красные глаза тревожно мигали. Но Фелисите,
не садясь, резко сказала:
     - Мне нужно письмо.
     Вюйе вытаращил глаза с самым невинным видом.
     - Какое письмо, многоуважаемая госпожа Ругон? - спросил он.
     - Письмо, которое пришло сегодня утром на  имя  моего  мужа...  Скорей,
господин Вюйе, мне некогда...
     И так как Вюйе, запинаясь, уверял, что  он  ничего  не  знает,  что  он
ничего не видел, что все это очень странно,  Фелисите  продолжала  с  глухой
угрозой в голосе:
     - Это письмо из Парижа от моего сына Эжена; вы прекрасно знаете, о  чем
я говорю, не правда ли?.. Дайте-ка я поищу сама.
     И она протянула  руку  к  письмам,  разбросанным  по  столу.  Тут  Вюйе
засуетился,  заявил,  что  поищет.  Ничего  не  поделаешь,  работа   ведется
неисправно. Возможно, что такое письмо и было. Если так,  то  оно  найдется.
Что же до него, то он клянется, что не видел такого письма. Разговаривая, он
вертелся по комнате, перебирал бумаги, потом начал открывать  ящики,  папки.
Фелисите невозмутимо ждала.
     - А ведь вы правы, на ваше имя есть письмо, - воскликнул  он,  наконец,
вынимая несколько конвертов из  папки.  -  Что  за  негодяи  эти  чиновники;
пользуются положением и работают спустя рукава.
     Фелисите  взяла  письмо  и  внимательно  осмотрела  печать,  отнюдь  не
смущаясь, что такая проверка оскорбительна для Вюйе. Она  ясно  видела,  что
письмо было вскрыто; книготорговец, еще недостаточно опытный в  этих  делах,
подправил печать более темным сургучом. Старуха осторожно разорвала конверт,
оставив печать нетронутой, чтобы она, при случае, могла служить уликой. Эжен
в нескольких словах извещал о блестящем успехе переворота;  он  торжествовал
победу.  Париж  покорен,  провинция  не  смеет  шелохнуться;  он   советовал
родителям держаться стойко, не  страшась  восстания,  всколыхнувшего  юг.  В
заключение он обещал, что если они продержатся до конца,  благосостояние  их
будет обеспечено.
     Г-жа Ругон сунула письмо в карман и медленно  опустилась  на  стул,  не
сводя глаз с Вюйе. Тот, притворяясь, что занят, снова принялся за сортировку
писем.
     - Послушайте-ка, господин Вюйе, - сказала она.
     Он поднял голову. Она продолжала.
     - Давайте откроем карты! Напрасно вы  занимаетесь  предательством,  это
вас не доведет до добра. Если бы, вместо того чтобы вскрывать наши письма...
     Он запротестовал, притворился оскорбленным. Но она спокойно продолжала:
     - Знаю, знаю эту вашу манеру, вы никогда ни в чем не признаетесь... Ну,
ладно, не будем тратить слов. Что вас заставляет защищать переворот?
     Тут он опять начал распространяться о своей безупречной честности;  она
потеряла терпение.
     - Вы, должно быть, считаете меня дурой? - воскликнула она. -  Я  читала
вашу статью... Вам выгоднее договориться с нами.
     Тогда, не сознаваясь ни в чем, он признался ей, что желал бы заручиться
клиентурой коллежа. Прежде он поставлял  туда  классическую  литературу.  Но
потом обнаружилось, что он из-под полы снабжает учеников порнографией, и так
обильно, что парты переполнены непристойными картинками и  книжонками.  Вюйе
даже угрожал исправительный суд. С тех пор он, сгорая  от  злобы  и  ярости,

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.