Случайный афоризм
Величайшую славу народа составляют его писатели. Сэмюэл Джонсон
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

несмотря на все свои успехи, он не был вполне счастлив. Лишь тогда, 
когда он выступал перед толпой, 
ораторствовал, Теренций обретал уверенность в себе, чувствовал себя «императором до самой 
сердцевины», как он уверял себя словами одного классика. Но перед отдельными лицами, перед 
Марцией, перед Варроном, перед царем Филиппом, он все еще 
чувствовал себя иногда угнетаемым сознанием своей безродности. Он рад был, что умер, по 
крайней мере. Фронтон; ибо в присутствии Фронтона его 
временами подавляло сознание чудовищности его собственных дерзаний.
     Больше всего пугала его одна встреча, которая рано или поздно предстояла ему, —
 встреча с его союзником Артабаном, великим царем Парфянским. Он, разумеется, говорил 
всем и самому себе, что всей душой радуется этой встрече и глубоко сожалеет, что Артабан, 
втянутый в данное время в трудную борьбу со своим соперником Пакором и удерживаемый на 
рубежах крайнего востока своей страны, все откладывает эту встречу. Но на самом деле для 
Нерона-Теренция эта отсрочка была облегчением. В глубине души этот человек, 
чувствительный ко всякому внешнему блеску, испытывал страх перед «ореолом», перед 
врожденным достоинством великого царя, царя царей, перед светом, который он излучал: в 
виде символа, впереди него даже несли всюду, где он ни появлялся, огонь. Теренций-Нерон 
боялся, как бы в блеске этом не обнаружилось его собственное темное, низкое происхождение, 
как бы он не предстал перед миром во всей своей наготе.
     Однажды он отвел в сторону своего опаснейшего друга Варрона. Он схватил его за полу, 
как это делал обычно Требон, и таинственно, вполголоса, сказал ему:
     — Знаете ли, мой Варрон, странный был со мной случай. Я сошел недавно в Лабиринт, 
чтобы обдумать, как построить там свою гробницу. Мне захотелось остаться одному, и я 
отослал факельщиков. Было темно, и тут-то оно и произошло.
     Он приблизил свою голову к голове Варрона, еще более понизил голос, придал ему еще 
больше таинственности.
     — Пещера, — шепнул он, — осветилась. Свет исходил от моей головы, это был мой 
«ореол», в пещере стало совершенно светло.
     Он не смел взглянуть на Варрона. Что делать, если Варрон улыбнется? Ничего другого не 
остается Теренцию, как убить его или самого себя. Однако Варрон не улыбался. В душе Варрон 
содрогнулся.
     Но император Нерон был сыт и счастлив. Его внешнее счастье уже давно обратилось у 
него в привычку, и так как оно уж немного прискучило ему, то это пресыщение сделало его еще 
более похожим на Нерона. Однако теперь, когда Варрон без улыбки выслушал его рассказ о 
случае в пещере, чувство счастья проникло в самые скрытые тайники его души.
     Да, Нерон грелся в лучах милости богов. Аполлон оделил его более щедро, чем остальных 
смертных. Марс даровал ему непобедимость в сражениях и друга — Требона, Минерва дала 
ему добрый совет и друга — Варрона, Гермес одарил хитростью и другом — Кнопсом.
     Порой, правда, донесения его советников были не особенно благоприятны. Они, 
например, рассказывали ему, что некоторые речи Иоанна из Патмоса 
проникали в народ из пустыни, куда скрылся этот проклятый, и 
восстанавливали массы против императора. Толпа тосковала по Иоанну, называла его без 
всякой иронии «святым артистом», ибо император, святой и артист — это были три высшие 
формы, в которых толпа представляла себе своих любимцев. Поэтому странные пророчества 
Иоанна об Антихристе и Звере, который явится или уже явился, чтобы 
поглотить мир, возбуждали народ и сеяли смятение. Но Нерон 
смеялся в ответ, он смеялся над Иоанном из Патмоса, произносившим эти речи, и над его богом 
— Христом.
     Он смеялся и над тем, что все в большем количестве появлялись списки трагедии 
«Октавия», в которой ужасы царствования Нерона изображены были в столь патетических 
стихах и которая послужила поводом для первой овации, устроенной Теренцию. Все эти 
хулители не могли причинить ему вреда. С тех пор как Варрон не посмел улыбнуться, Нерон 
сам уверовал в свой «ореол». Когда Кнопс приказал 
предать публичному сожжению экземпляры «Октавии», которыми ему удалось завладеть, и 
некоторые другие пасквили, Нерон нашел, что слишком много чести оказано жалким потугам 
его недругов, и, уверенный в своем «ореоле», он разрешил себе императорскую шутку.
     Он торжественно пригласил своих друзей и придворных на вечер декламации и сам 
прочел им творение своих противников — «Октавию».
     Он не собирался искажать «Октавию» карикатурным исполнением. Это было бы слишком 
дешево. Но он задумал приправить свою декламацию легкой, чуть заметной иронией, 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.