Случайный афоризм
Моя родина там, где моя библиотека. (Эразм Роттердамский)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     — Разрешите мне высказать просьбу. То, что я для вас делаю, не вполне безопасно. 
Исполнение моей просьбы означает для меня очень много, для вас же это будет нетрудно.
     — Говорите, — сказал Иоанн. Губы его искривила надменная, горькая усмешка. Человек 
этот действует, значит, не из любви к искусству, а предлагает 
ему спасение ради какой-то личной выгоды, его безвольный подбородок с первого мгновения 
не понравился Иоанну.
     Но Иоанн ошибся.
     — Вам придется, — робко и почтительно сказал незнакомец, — чтобы не навлечь на себя 
подозрений, прожить некоторое время вдали от людей. Кто знает, когда 
мы сможем снова услышать голос вдохновеннейшего артиста греческой сцены! Не будет ли это 
нескромно с моей стороны, если я попрошу вас прочесть известный монолог из «Эдипа»?
     Улыбка исчезла с лица Иоанна, сменившись выражением мучительного разлада, страшной 
боли.
     — Так любите вы мое искусство? — сказал он, потрясенный. — Вы — безнадежный 
дурак.
     — Называйте меня дураком, блаженным, чем хотите, — упрямо, настаивал царь 
Филипп, — но продекламируйте мне эти стихи.
     И Иоанн совершил величайший в своей жизни грех, поддался искушению самой суетной 
из своих страстей. Он прочитал не стихи из «Эдипа», а описал видения минувшей ночи, 
видения своего горя, сомнений, раздавленности и своего покаяния и тем самым обесценил 
в глазах бога свое горе, смерть своего сына и свое собственное страдание.
     И он скрылся в ночь, в пустыню, для новой борьбы.
     
     22. ИТОГ 
     Кнопс рвал и метал, узнав о бегстве Иоанна. Он подозревал, что кто-нибудь из двоих — 
Варрон или царь Филипп — замешан в этом деле, но к ним он подступиться не смел. Тем 
сладострастней мстил он за бегство Иоанна 
остальным христианам. Для осуществления задуманного им зрелища — наводнения — он 
использовал лучших техников и лучшие машины. Зрители 
игрищ, устроенных в честь торжества справедливого дела Нерона над преступными планами 
узурпатора Тита, были довольны; с любопытством, с каким дети, ликуя и цепенея, наблюдают, 
как топят щенят, смотрела толпа на 
тонущих христиан. Представление затянулось до глубокой ночи. Чтобы осветить арену, часть 
преступников вываляли в смоле, облепили паклей и зажгли, превратив их в живые 
факелы. Этот последний, оригинальный трюк ошеломил зрителей чуть ли не сильнее, чем 
самый спектакль, живые факелы произвели впечатление не только на Междуречье, но и на всю 
Римскую империю и жили в памяти человечества гораздо дольше, чем значительно более 
серьезные события, связанные с именами настоящего и поддельного Нерона.
     Восемьсот человек, погибших на этом представлении, — не такое уж большое число. Но в 
общем итоге во имя идеи Варрона, во имя его борьбы за шесть тысяч сестерций налога или, 
если угодно, во имя его идеи слияния 
Востока и Запада погибли уже многие тысячи человеческих жизней; неисчислимые бедствия 
обрушились на Сирию и Междуречье раньше, чем игре 
Варрона пришел конец. Еще очень многим людям суждено было за это погибнуть, не одно 
несчастье должно было еще постигнуть эти страны.
     
     
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ПОД ГОРУ.
     
     1. РАЗУМ И ВОЕННОЕ СЧАСТЬЕ 
     Губернатор Цейон читал и выслушивал донесения о том, что происходило по ту сторону 
Евфрата, и удивление его было так велико, что почти заглушало гнев. Мыслимо ли? Или 
Минерва, богиня разума, совершенно отступилась от мира, предоставила 
его самому себе? Неужели такой нелепый фарс, как наводнение в Апамее, мог заставить 
взбунтоваться целую провинцию? Неужели нашлись люди, способные поверить, что он, Цейон, 
затопил святилище «богини Сирии» ради 
того, чтобы отомстить двум-трем жалким туземцам? Нашлись головы, которые можно было 
околпачить басней, что это «сигнал»? Сообщения с границы говорили: да, именно так. 
Донесения из Месопотамии убеждали его: метод Варрона —
 правильный метод. Чем увереннее делаешь ставку на человеческую глупость, тем больше 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.