Случайный афоризм
Камин в клубе библиофилов растапливали бестселлерами. (Валерий Афонченко)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

от него зависели и не могли быть изменены. И все же он нашел возражение, быть может, 
единственное, которое могло парализовать выдвинутый Нероном аргумент.
     — Разве нельзя, — спросил он смиренно, — выжечь знание любовью?
     Императора, по-видимому, тронул этот ответ. Массивное лицо на подушке стало 
задумчивым.
     — Может быть, и можно, — произнесли полные губы. — Вопрос лишь в том, стоит ли 
императору решать задачу: что больше — любовь знающего или его знания? Проще было бы 
для императора «выжечь» человека, который слишком много знает.
     Ему доставляло глубокое наслаждение играть с человеком, который позволил себе ту 
дерзкую шутку. Но Кнопс видел, что его довод все-таки даром не пропал.
     — Разве императору не нужен друг? — настойчиво продолжал он наседать на 
Теренция. — Разве друг, который верно служил императору еще тогда, когда императору 
приходилось скрываться, не дороже нового?
     — Не спрашивай слишком много, — самодовольно осадил его Нерон, смакуя ревнивый 
намек Кнопса на Требона.
     — Слушай, — сказал он вдруг возбужденно, приподнявшись на постели. — Мне пришла в 
голову одна мысль. Я задам тебе вопрос. Даю тебе право ответить три раза. Если 
ты в третий раз не дашь правильного ответа, значит, ты не выдержал испытания и стоишь не 
больше, чем летучая мышь.
     — Спрашивай, мой господин и император, — смиренно попросил Кнопс.
     Нерон снова лег. Сделал вид, что зевает, и вдруг в упор спросил:
     — Кто я такой?
     Кнопс с минуту размышлял.
     — Ты — мой друг и повелитель, — ответил он громко, убежденно.
     — Плохой ответ, — зевнул Нерон, — так может ответить любой. От тебя я жду лучшего.
     — Ты — император Нерон-Клавдий Цезарь Август, — на этот раз неуверенно ответил 
Кнопс. Это был уже второй из трех предоставленных ему ответов.
     — Еще хуже, — презрительно сказал Нерон. — Это знает всякий. Дешево, как мелкая 
монета.
     Этим он, быть может, бессознательно навел Кнопса на след. Кнопс вспомнил о золотой 
монете с двойным изображением и на этот раз без колебаний, с бьющимся сердцем, 
но с уверенностью в успехе дал третий ответ:
     — Ты — мой император Нерон-Клавдий-Теренций.
     Еще не кончив, он испугался дерзости того, что сказал. Но голова на подушке 
улыбнулась, и по этой улыбке Кнопс увидел, что дал именно тот ответ, которого ждал от него 
Нерон-Теренций.
     И в самом деле Нерон хоть и молчал, но улыбался все более довольной, веселой улыбкой.
     «Кнопс, действительно, знает очень много, — признал он. — Кнопс понял, что родиться 
Нероном — это немало, но еще больше — самому из Теренция сделаться Нероном». Он 
потянулся, сказал:
     — Подойди-ка поближе, Кнопс. Ты молодец.
     В Кнопсе все радовалось и ликовало. Это была труднейшая задача из всех, перед 
которыми ставила его судьба, и он решил ее превосходно. Теперь уже он наверняка завладеет 
уловом: деньги старого откупщика Гиркана уже все равно что в руках маленького Клавдия 
Кнопса.
     Он подошел к постели Нерона, с сердцем, полным преданности императору и господину.
     — Ты любишь меня больше, чем Требона? — сказал он настойчиво. — Его ты не внес в 
список, — заметил он с гордостью. — Он не стоит этого. Скажи, ты любишь меня больше?
     Нерон вместо ответа похлопал его по руке. Затем ударил в ладоши:
     — Эй, кто там, позвать Требона!
     Лениво вытащил он из-под подушки список и зачеркнул имя Кнопса так, чтобы тот видел. 
Затем — все в присутствии Кнопса — принял ванну, весело болтая о всякой всячине.
     Когда явился Требон, он выслал всех, кроме Кнопса.
     — Вот список, мой Требон, — сказал он. — Здесь триста девятнадцать имен, но одно 
зачеркнуто. Зачеркнутое не в счет. Остается, значит, триста восемнадцать. Теперь ничего 
больше не прибавлять и не вычеркивать. С теми, кто включен в список, поступить, 
как мы договорились. Срок — ночь на пятнадцатое мая.
     Он зевнул, повернулся на бок, и оба осторожно удалились, чтобы не потревожить его.
     
     19. В НОЧЬ НА ПЯТНАДЦАТОЕ МАЯ 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.