Случайный афоризм
Писатель обречен на понимание. Он не может стать убийцей. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

полмиллиона годового дохода только за то, что ублажала своим обществом Туанетту. Но это 
еще не все. Недавно Туанетта выжала из бедного Луи еще шестьдесят тысяч годового дохода 
для этого фата, прожужжавшего ей уши дурацкой болтовней о докторе Франклине, для своего 
Водрейля.
     Как только он назвал Водрейля, Туанетта вспыхнула.
     — Теперь мне ясно, — воскликнула она, — почему ты меня так обругал. Ты не можешь 
ему простить, что предстал перед ним в неприглядном свете. Нечего было трусить, надо было 
съездить к американцу. Тогда бы тебе не пришлось нападать на меня и клеветать на людей, 
которые, конечно, порядочнее всех твоих льстецов и подхалимов. Франсуа Водрейль — самый 
умный и самый остроумный человек в Париже. Литераторы и философы, которых ты навещал, 
из кожи вон лезут, чтобы он обратил на них внимание. Я горжусь тем, что этот человек — мои 
друг. Если он станет моим интендантом, у меня будет наконец настоящий театр. Но, к 
сожалению, до этого дело не дошло. Он не дал еще окончательного согласия. Его не 
интересуют деньги, которые мне предложил для него Луи. Ты без конца твердишь мне, что я 
должна заниматься литературой и изящными искусствами. А когда я это делаю, ты все 
переиначиваешь и гнусно клевещешь на меня. Фи! Ты совсем не такой, каким помнился мне.
     Иосифа обескуражила эта вспышка. Хуже всего, что она, кажется, верит в тот вздор, 
который мелет.
     — Я не отказываю мосье Водрейлю в остроумии, — уступил он. — Но это остроумие — 
личина, за которой скрывается пустой, лишенный убеждений развратник. Ты любишь пари. Так 
вот, давай поспорим, что он в конце концов соблаговолит принять шестьдесят тысяч ливров. Но 
ты же ослеплена. Тебе ничем не поможешь. С тобой говорить, что со стеной. Дело ведь не в 
одном Водрейле. Ты окружена сбродом. Салон твоей приятельницы Роган — это самый 
настоящий игорный дом и бордель. Ни мама, ни я никогда не считали тебя слишком умной. Но 
ты все-таки должна понять, что эрцгерцогиня Австрийская и королева Французская не смеет 
вести себя, как венская прачка, дорвавшаяся до хорошей жизни.
     — Хорошая жизнь, — сказала Туанетта насмешливо. — Хорошая жизнь, — повторила она 
с досадой. И вдруг вся ее гордость исчезла, и на глазах показались слезы, которые она давно 
сдерживала. — Зачем вы меня сюда прислали? — с горечью спросила она. — Кто я здесь такая? 
Зачем я здесь? Все меня ненавидят. Все, что я ни сделаю, плохо. Зачем вы дали мне такого 
мужа? Не муж, а чурбан бесчувственный, — прибавила она со злостью и с презрением. — Я так 
тебя ждала, — призналась она. — Вот наконец-то, думала я, приедет человек, с которым можно 
поговорить. Я думала, ты мне поможешь. А теперь еще и ты пинаешь меня.
     Иосиф по-своему любил сестру. Он понимал, почему она так себя ведет. Она приехала 
сюда пятнадцатилетней девочкой, ее окружили лестью и враждой, ее баловали, за нею злобно 
подглядывали; к тому же ее ошеломило бессилие Луи. Она, естественно, пыталась забыться и 
очертя голову предавалась дурацким развлечениям.
     Он взял ее руку.
     — Тони, — сказал он с необычайной теплотой, — я приехал сюда не ругать тебя, а помочь 
тебе. И, кажется, я тебе помог.
     Она подняла глаза, и ее продолговатое, прекрасное, белое лицо покрылось легким 
румянцем.
     — Ты говорил с Луи? — спросила она.
     — Да, — отвечал он. — Все будет хорошо, можешь мне поверить. Самое большее — 
через шесть недель, — прибавил он, усмехаясь.
     Румянец на ее лице стал гуще, глаза потемнели, она учащенно дышала полуоткрытым 
ртом. В душе ее, вытесняя друг друга, поднимались противоречивые чувства. Итак, теперь к 
ней придет Луи, он ляжет в ее постель, прижмется к ней. Она вспомнила, как однажды во время 
«леве» ей пришлось полуголой сидеть на кровати и ждать рубашки; по обычаю, в спальню одна 
за другой входили дамы, все более и более высокого ранга; они церемонно передавали рубашку 
из рук в руки, а она, королева, должна была ждать, дрожа от холода и стыда. Нечто подобное 
почувствовала она и сейчас, представив себе, как Луи ляжет в ее постель. Ей было стыдно. Но 
одновременно у нее появилось и гордое чувство: женщина, которой суждено быть королевой 
Франции, должна пройти через это. И еще сильнее, чем стыд и гордость, было в ней сейчас 
щекочущее любопытство, желание по-ребячески прыснуть со смеху. В следующую долю 
секунды в ее воображении на месте Луи возникли всякие другие мужчины — и господа из 
Сиреневой лиги, и незнакомцы, которые заговаривали с ней на балах, брали ее за руку, 
склоняли голову к ее лицу. Она представила себе этих мужчин, потом Габриэль, потом снова 
Луи, ложащегося в ее постель, а потом все слилось и перемешалось. Но эта сумятица вылилась 
в огромную, всепоглощающую радость ожидания. Когда все будет позади, когда она родит 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.