Случайный афоризм
Улучшать нравы своего времени - вот цель, к которой должен стремиться каждый писатель, если он не хочет быть только "увеселителем публики". Оноре де Бальзак
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

себя показать. Он с дерзким изяществом упомянул об услуге, которую по милости судьбы ему 
довелось оказать престарелой императрице, и подробнейше рассказал о злосчастном пасквиле; 
некоторые места, благодаря хорошей памяти, он привел императору дословно, беспристрастно 
заметив, что в части формы автор обнаружил незаурядное остроумие. Он весьма тонко дал 
понять Иосифу, что в свое время околпачил его августейшую матушку.
     Иосиф слушал его сдержанно. После неудавшейся встречи с Франклином и разговора с 
Водрейлем он стал осторожен. Со свойственной ему подчас объективностью он в глубине души 
признавал, что в пасквиле, который цитировал мосье де Бомарше, есть крупица правды; он сам 
заметил в сестре некоторые черты, высмеянные в этом сочинении.
     Наслаждаясь ситуацией, Пьер, ободренный сдержанностью Иосифа, пошел еще дальше. 
Он заметил, что у парижан есть одна слабость: ради красного словца они готовы 
бездоказательно опорочить кого угодно. Ему случалось испытать это и на себе. Дама же, 
находящаяся в центре светской жизни, например, королева, неизбежно становится мишенью 
для злых шуток. Шутки эти различны: есть среди них грубые и глупые, но есть и тонкие, — эти 
особенно коварны. Взять, к примеру, высокую прическу, которая с легкой руки королевы, 
великой законодательницы мод, была принята во всей Европе и которую королева, пользуясь 
выражением одной из его брошюр, что для него крайне лестно, назвала «Ques-а-со?» . 
Клеветники утверждают, что эта прическа очень идет к высокому лбу и длинному лицу 
королевы, но уродует округлые, более близкие к классическому типу, лица парижских дам. 
Злые языки говорят, что австриячка ввела эту прическу только из ревности, только из 
неприязни ко всему французскому, только из желания обезобразить парижанок. Пьер всячески 
сожалел о склонности света к злословию.
     Иосифа злила дерзость его собеседника. Не следовало вступать с ним в разговор. За 
последнее время он наделал много ошибок. Сначала сплоховал перед Франклином, а теперь 
этот Бомарше. В американских делах ему решительно не везет. Он чувствовал себя 
беспомощным, слепым, ему казалось, что какая-то невидимая рука толкает его на опасный 
путь. Он честно стремился к правильным, полезным, значительным поступкам, он чувствовал, 
что в этом его призвание, и вот он не справляется с самыми легкими, самыми простыми 
вещами.
     И вдруг он очень непосредственно высказал свои чувства этому Бомарше.
     — Видите ли, мосье, — сказал он, — легко иметь совесть, когда об этой совести 
приходится только писать или говорить. Но тот, кто действует, всегда вынужден, угождая 
одному, не угождать другому.
     Слова Иосифа прозвучали не как остроумная фраза, а как крик души; Пьер это 
почувствовал и не нашелся, что ответить.
     
     
     Прошла еще неделя; Иосиф достаточно подготовился к тому, чтобы приступить к 
решительному разговору с зятем и добиться его согласия на операцию.
     Оба сидели в библиотеке Луи, окруженные книгами, глобусами и фарфоровыми поэтами. 
Граф Фалькенштейн, одетый очень тщательно в буржуазное платье, держался подчеркнуто 
прямо; Луи же сидел, опустив круглые плечи, по обыкновению неряшливый, грязноватый. Он 
как раз слесарничал с Гаменом, когда нагрянул Иосиф и насильно вовлек его в эту тягостную 
беседу.
     Иосиф умел, если считал это уместным, быть очень сердечным. Сегодня он считал это 
уместным. Он говорил тоном старшего брата. Он уже консультировался с венским 
специалистом доктором Ингенхусом и с лейб-медиком Туанетты доктором Лассоном. С 
научной точностью доказывал он Луи, что операция совершенно безопасна и гарантирует 
полный успех.
     Луи любил слушать людей сведущих; ученая деловитость Иосифа ему импонировала. 
Узнав о намерении шурина посетить Версаль, он сразу понял, что больше не сможет 
сопротивляться, что уступит настояниям Иосифа. С другой стороны, все его существо 
бунтовало против такого вмешательства. Ему не хотелось ничего изменять: quieta non movere 
— не шевелить пребывающее в покое — это было его глубочайшим убеждением. Он сидел 
грузный, мрачный, глубоко недовольный, замкнутый. Не глядя на собеседника, он беспомощно 
ерзал, теребил рукава.
     Когда Иосиф кончил, Луи долго молчал. Иосиф не торопил его. Наконец Луи собрался с 
духом, начал говорить, привел старые доводы, высказанные уже премьер-министру Морена. 
Хотя Луи очень доверял старику, он испытывал робость и смущение, беседуя с ним об этих 
интимнейших, деликатнейших вещах. Другое дело Иосиф, государь милостью божией, как и он 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.