Случайный афоризм
Писатель подобен раненой тигрице, прибежавшей в свое логовище к детенышам. Лев Шестов
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Морена с нежностью окинули драгоценные холсты.
     Старик Франклин был ученым, он не очень-то разбирался в искусстве. Теория звука 
интересовала его больше, чем спор о том, чья музыка лучше — Глюка или Пиччини, и 
ньютоновская теория цветов казалась ему важнее законов живописи, открытых Тицианом или 
Рембрандтом. Ему доставил бы удовольствие вид и, пожалуй, поцелуй здоровой, молодой, даже 
грубоватой женщины; нежная испорченность, утонченная чувственность, которыми так и 
дышали эти картины, оставляли его равнодушным. Но он видел, с какой гордостью и любовью 
смотрит на эти картины Морепа, и поэтому вежливо сказал:
     — Великолепно! Какое освещение, какие оттенки тела! Вы оказали мне большую честь, 
удостоив меня знакомства с вашими сокровищами.
     Министр понял, как мало смыслит этот филадельфиец в искусстве; он огорчился, но сумел 
скрыть свое разочарование.
     Он весело перешел к делу, которое собирался обсудить с Франклином.
     — Я не большой охотник до официальности, — сказал он. — А уж в этих стенах от моей 
официальности ничего не остается. Здесь я человек, и только. — И доверительным тоном 
министр продолжал: — Позвольте мне как частному лицу спросить вас, дорогой доктор, как 
идут у вас дела с моим другом и коллегой Верженом?
     — Отлично, — отвечал без промедления Франклин. — Граф Вержен совершенно 
откровенен со мной, и я это ценю.
     — Я очень рад, — сказал Морепа, — что мы встретили у вас понимание. Наши с 
Верженом взгляды на американскую политику совпадают.
     Задумчиво и рассеянно скользили по непристойным картинам, по животу Венеры и 
нежным бедрам мисс О'Мэрфи большие выпуклые глаза Франклина. Морепа решил показать 
ему эти полотна, конечно, только для того, чтобы с глазу на глаз побеседовать с ним о 
политике. Он, Франклин, не вправе ограничиваться пустой вежливостью, он обязан сделать 
первый шаг.
     — Откровенно говоря, — пожаловался он, — бездеятельное ожидание, на которое меня 
обрек Версаль, дается мне нелегко. Трудно оставаться пассивным представителю народа, 
страстно борющегося за свое существование. Я вынужден считаться и с тем, что моя 
сдержанность может быть превратно истолкована у меня на родине. Мало того, мои коллеги 
совершенно не согласны с такой политикой.
     Морепа усмехнулся.
     — Да, да, — сказал он, — нам, старикам, часто бывает нелегко с молодыми. Нужно 
прожить очень много лет, чтобы понять, что политика делается разумом, а не сердцем. — И с 
коротким вздохом он задернул тяжелые шелковые занавески.
     Франклин был рад, что не видит больше этих противных, обескураживающих 
изображений, которые к тому же, как показалось ему, не соответствовали законам анатомии. Он 
молчал, предоставляя Морепа продолжать. Через несколько мгновений тот спросил напрямик:
     — Вы, значит, того мнения, что два миллиона — недостаточная плата за вашу 
сдержанность?
     Франклин, действительно державшийся такого мнения, ответил:
     — Дело обстоит так, как я сказал. Политика проволочек, которую ведет ваше 
правительство, делает наше положение здесь немного смешным.
     — Такой человек, как доктор Франклин, — вежливо ответил Морепа, — никогда не 
бывает смешным. Ни перед одним чужеземным мудрецом Париж еще не склонялся так низко, 
как перед вами.
     — Мы благодарны, — ответил Франклин, — за любовь и энтузиазм, которые вызывает 
наше дело у парижан. Но мы надеялись, что явная общность наших интересов приведет к более 
тесным связям также между Версалем и представителями Тринадцати Штатов.
     Сухие губы Морепа чуть вытянулись в улыбке. Этот человек с Запада славился своей 
безыскусственностью; но, оказывается, при желании он может вести себя и иначе. Неделикатно 
позволять себе такие банальности в разговоре с Морепа. Мигая, глядел министр на американца. 
Грузный, по-мужицки хитрый и откровенно расчетливый, сидел перед ним поборник, может 
быть, и полезного для мира, но отнюдь не безопасного для французской монархии дела. Морепа 
должен показать этому мнимому простаку, что раскусил и его, и его политику.
     — Я становлюсь стар, — сказал он, — и думаю, что мне пора запечатлеть свой опыт на 
благо потомству. Я пишу мемуары, вернее, — поправился он, указывая на секретаря, — их 
пишет мой добрый, надежный и скромный Салле. Задача Салле — правдиво изложить мое 
мнение. Будьте добры, дорогой Салле, расскажите, что мы пишем об отношении Версаля к 
мятежным колониям.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.