Случайный афоризм
Богатство ассоциаций говорит о богатстве внутреннего мира писателя. Константин Георгиевич Паустовский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     — Вы правы, — сказал он, — пять тысяч ливров большие деньги, на них можно купить 
много хлеба и даже немного ветчины для голодающих американцев. Но я счел неприличным 
преподнести юноше, который оказал такие неоценимые услуги нашему делу и столько раз 
рисковал ради нас жизнью, нищенский подарок. Я было думал покрыть эту сумму частично из 
собственных средств. Но потом я предпочел пожертвовать от себя лично пятьдесят фунтов в 
пользу наших военнопленных, которые продолжают голодать в Англии из-за этого негодяя 
Диггса.
     Артур Ли находил манеру Франклина спорить непорядочной. Просто неприлично, что 
старик, только чтобы унизить его, заговорил об обстоятельствах, не имеющих ничего общего с 
преступной тратой государственных средств.
     — Как раз теперь, после того как из-за непредвиденных обстоятельств мы потеряли 
деньги в Лондоне, нам следует избегать всяких излишних расходов. — Он скрестил руки на 
груди, выпрямился и упрямо нагнул голову.
     У Франклина готов был резкий ответ, но он смолчал: «Ох, бедный мой Ричард, если б ты 
только знал!» Видя на лице Ли выражение возмущенной добродетели, Франклин расплылся в 
широкой, довольной улыбке. Артур Ли не знал, что и подумать. Поведение старика не было 
оскорбительным, он попросту сошел с ума. Ли пожал плечами и удалился.
     Несколько дней спустя он понял, что означала улыбка Франклина. Через Амстердам 
вместе с другой почтой пришло официальное уведомление Конгресса о том, что Франклин 
назначается единственным и полномочным представителем Соединенных Штатов.
     Кровь бросилась в голову Артуру Ли, в глазах у него потемнело, он упал без чувств.
     К нему медленно возвращалось сознание. Еще лежа на полу, он понял, что именно 
произошло. Им овладела безграничная ярость, но он поборол ее. Только не дать увлечь себя 
чувству. Все продумать, все логически взвесить — вот в чем была его сила, вот в чем он 
превосходил доктора honoris causa.
     Кряхтя, Артур Ли с трудом поднялся, сел в кресло. Он еще раз внимательно перечитал 
послание Конгресса. Там было и указание вручить Лафайету почетную шпагу. Наверху, справа, 
было начертано IV — это была четвертая копия. Три копии затерялись. Стиснув зубы, 
надувшись. Ли сидел и раздумывал. Копии, посланные Франклину, очевидно, тоже пропали. Но 
ведь старик, несомненно, знал о своем назначении, знал и о распоряжении, касающемся 
почетной шпаги. В противном случае он не обращался бы с ним так нагло и издевательски, не 
улыбался бы так высокомерно. Артур Ли почувствовал себя униженным, как никогда. Как 
жалок он был, когда стоял перед Франклином, выговаривая ему и поучая его, а наглый старик 
не счел даже нужным объяснить, в чем дело. Как он коварен, как безмерно злобен, этот Нестор, 
этот патриарх. Его хитрость и гордость с годами все возрастают. Какое подлое издевательство 
утаить от него приказ и исподтишка посмеиваться над его неведением. Он вспомнил улыбку 
доктора, ироническую, невыразимо насмешливую, издевательскую улыбку. Так смеются над 
обезьяной, которая делает смешные прыжки, стараясь сорвать плод, висящий за решеткой.
     Сущий дьявол этот доктор honoris causa. С самого начала он пытался оттеснить его на 
задний план своим электричеством, своей академической славой, а он, Артур Ли, уступал. А 
между тем он, Артур Ли, гораздо лучший политик, в этом ему надо отдать должное. Но никакая 
терпимость не могла примирить старика. Верный своим строго республиканским воззрениям, 
он, Артур Ли, делал старику замечания, указывал на его развращенность, кумовство, на 
«либеральный», то есть бесчестный и позорящий родину образ жизни, и поэтому старик 
стремился избавиться от него. Старик не желал, чтобы честный глаз следил за делами его и его 
приятелей. Вот он и прятался за спину идолопоклонников, за спину рабов деспотизма. Конгресс 
в тяжелом положении и вынужден был уступить своим исконным врагам, и отныне этот 
подозрительный человек будет сидеть в Пасси и без всякой помехи заниматься 
двусмысленными махинациями во вред Америке и свободе.
     Плохи дела Соединенных Штатов, если Генри Ричард Ли, творец американской 
независимости, мог допустить, чтобы на долю его брата, Артура Ли, выпало столько 
оскорблений и неблагодарности.
     Он сидел совершенно обессиленный. Ему казалось, что прошла вечность. Наконец он 
выпрямился, встал, скрестил на груди руки, выпятил подбородок, словно наступал на 
незримого врага, на доктора honoris causa. Нет, доктор заблуждается, если думает, что Артур Ли 
так легко сдастся. Он находится в Париже по праву и не без дела, ведь у него все-таки осталась 
еще должность полномочного американского посланника в Мадриде. Инструкция, которую 
Конгресс дал его брату Вильяму и Ральфу Изарду, касалась и его. До тех пор пока его не 
впустят в Мадрид, его обязанность оставаться в Париже, защищать интересы отечества, следить 
за стариком, предостерегать его от пагубных шагов.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.