Случайный афоризм
Ещё ни один поэт не умер от творческого голода. Валентин Домиль
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     — Поздравляю тебя, дедушка, — произнес он вежливо, — разумеется, я никому не скажу 
об этом.
     А Франклин усмехнулся, подумав, как не мудр мудрый Франклин. В подобном случае его 
друг Дюбур, наверно, рассказал бы историю царя Мидаса. Пришлось однажды царю Мидасу 
быть судьей в музыкальных состязаниях между Паном и Аполлоном, и он присудил приз Пану. 
Узнал об этом Аполлон и наградил его ослиными ушами. Мидас тщательно прятал их под 
фригийским колпаком. Но его цирюльник их обнаружил. Однако цирюльник знал, что, если он 
проболтается, придется ему проститься с жизнью, и поэтому он долго хранил свою тайну. 
Когда же ему стало совсем невмоготу, он вырыл ямку в земле и прошептал в нее: «У Мидаса 
ослиные уши, у Мидаса ослиные уши!» И тут из ямки вырос камыш, и камыш разнес по всему 
свету: «У Мидаса ослиные уши!»
     Правда, с ним, Франклином, дело обстояло не так плохо. Но посвящать в свои дела 
маленького Бена было куда как не мудро. Однако он не собирался раскаиваться, и его веселило, 
когда мальчик с лукавой радостью по-мужски подмигивал ему.
     
     
     Лафайет ходил по Парижу и упивался своей славой. Ему в двадцать один год оказывали 
такие же почести, как полгода назад восьмидесятитрехлетнему философу Вольтеру. Вольтер 
посеял идеи, из которых выросла и созрела независимость Америки, а Лафайет первым из 
французов осуществил союз между своей страной и молодой республикой. Разумеется, это 
было не совсем так. Но всем хотелось верить в это, ибо Лафайет был молод, пылок, 
красноречив и бурно общителен.
     Побывал Лафайет и во дворце Монбарей. Опальный министр и его жена были весьма 
польщены и не обиделись, что герой двух континентов неподобающе долго говорил с 
Вероникой, уединившись с ней в нише окна.
     Лафайет рассказал Веронике о Фелисьене и передал ей от него письмо. Фелисьен был 
ранен в руку. Лафайет принял участие в своем соотечественнике и добился для него 
производства в лейтенанты. Он сумел по заслугам оценить серьезного молодого человека, 
который, несмотря на чуждые ему, порою отталкивающие обычаи Нового Света, сохранил 
способность трезво судить о множестве неприятных мелочей, что открылись ему в Америке, и о 
немногом, но поистине хорошем. Он рад, закончил маркиз, передать такой умной, 
мужественной и любезной молодой особе привет от своего друга, Фелисьена Лепина. Говоря 
так, Лафайет время от времени окидывал ее победоносным и пронизывающим взглядом.
     Когда он ушел, Вероника пошла в парк, на то место, где они были в последний раз с 
Фелисьеном, и уединилась там со своим письмом. Вероника терпеливо перенесла очень 
трудную пору ожидания. Она видела перст провидения в том, что ее отец потерял свою 
должность и не имел больше возможности причинять зло стране. Она с радостью отпустила 
своего друга и возлюбленного на борьбу за освобождение человечества. Она выдержала первое 
испытание и вот теперь читает письмо Фелисьена. Он писал из лагеря, расположенного в 
местности, называемой Велли-Фордж.
     Фелисьен не жаловался, но он с ужасающей наглядностью описывал нужду и лишения, 
царившие в этом лагере. Очевидно, военная жизнь в Новом Свете необычайно отличалась от 
той, о которой можно было прочесть в военных корреспонденциях и рассказах. Фелисьен писал 
с почти безнадежной мрачностью. И все же он писал: «Я всегда знал, что борьба и дорога к 
свободе усеяны шипами». И сквозь мрак и горечь его слов светилась великая вера.
     Вероника долго держала письмо в руках, пытаясь как можно полнее вобрать в себя его 
смысл. Оно разочаровало ее. Все оказалось не таким, как она себе представляла, совсем не 
таким ярким и романтичным, напротив — очень жестоким, грязным, серым и убогим. Она 
думала о том, что Фелисьен ранен. Она представляла себе его руку, — к сожалению, маркиз не 
знал, какая это рука, левая или правая, — на которой теперь будет шрам. Ей невольно взбрели 
на ум старые чувствительные стихи, которые Жан-Жак положил на музыку: «Отрада моя, мой 
самый любимый уехал в чужие края. Зачем он ищет за морем счастья? Ведь был же он счастлив 
со мной». Но тут же с мрачной решимостью она отогнала грусть и утешилась горделивой 
мыслью, что принадлежит к тому поколению молодежи, которое жертвует собой во имя 
освобождения человечества.
     Пьер Бомарше тоже удостоился визита Лафайета. Маркиз не забыл, что чрезвычайно 
обязан Пьеру. Его отъезд вряд ли осуществился бы без деятельной поддержки Бомарше. И во 
всех денежных затруднениях в Америке представитель Пьера всегда щедро помогал ему. 
Тотчас же по возвращении маркиз вернул мосье де Бомарше значительную сумму, которая 
была получена им в Филадельфии от его агента, и вот теперь он сам явился в дом на улице 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.