Случайный афоризм
Писатели, кстати сказать, вовсе не вправе производить столько шума, сколько пианисты. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

встретят. Положение его было не совсем ясным. Вопреки приказу короля, маркиз покинул свой 
пост во французской армии и свою страну и стал «дезертиром». Но в то же время политика, 
которую он осуществлял, когда дезертировал, стала официальной политикой его страны. 
Франция объявила войну Англии, и он возвращался домой, прославив себя подвигами, которые 
совершил в этой войне.
     Корабль вошел в гавань, раздался залп крепостных орудий. Это был салют полосатому 
звездному флагу, тому флагу, который при их отъезде никто не смел поднять. Молодой маркиз 
вспомнил, как некогда он тайком отплыл из испанской гавани на своем корабле, приобретенном 
на деньги мосье Бомарше, а вот теперь он возвращается, приветствуемый орудиями 
французского короля, и сердце его радостно забилось.
     Он поспешил в Париж, на улицу Сент-Оноре, в Отель-Ноайль. Дрожа от счастья, обняла 
его жена, девятнадцатилетняя Адриенна. Пришел военный министр, старый Сегюр, подставил 
ему сухую щеку для поцелуя, ласково похлопал по плечу и объявил о наказании. Наказание 
было очень мягким: неделя домашнего ареста во дворце Ноайль.
     Из своего заключения маркиз написал смиренное письмо королю. «Я отнюдь не 
дерзаю, — писал он, — оправдывать свое неповиновение, в коем я глубоко раскаиваюсь. 
Однако самое существо моего проступка дает мне право надеяться, что мне будет дана 
возможность его исправить. Быть может, милость вашего величества дарует мне счастье 
искупить вину мою тем, что я буду служить вашему величеству везде и всюду, где только ваше 
величество соизволит мне приказать».
     На следующий день маркиз был вызван в Версаль, чтобы выслушать внушение короля. 
Луи принял его в библиотеке. Толстый молодой монарх, щурясь, рассматривал своего худого 
молодого офицера и неуклюже сказал:
     — Собственно говоря, вам не следовало этого делать, мосье.
     И после того как Лафайет какое-то время с виноватым видом глядел себе под ноги, Луи с 
живостью обратился к нему:
     — А теперь, дорогой маркиз, объясните мне наконец, где, собственно, находится эта 
Саратога, которой нет ни на одной карте?
     И оба пустились в оживленный разговор на географические темы.
     После того как предмет разговора был исчерпан, Лафайет сказал:
     — Имею честь передать вашему величеству письмо от Конгресса Соединенных Штатов.
     Луи взял письмо и прочел. Оно начиналось так: «Нашему великому, верному и дорогому 
союзнику и другу, Людовику Шестнадцатому, королю Франции и Наварры», — и дальше шло 
восхваление благородного юноши, подателя сего письма, который проявил себя мудрым в 
совете, смелым на поле брани, стойким в тяготах войны. И члены Конгресса еще два раза 
говорили о себе как о «добрых друзьях и союзниках короля» и заканчивали свое послание 
словами: «Мы молим господа бога, чтобы он сохранил ваше величество под своим святым 
покровом».
     У Луи был испорчен день. Эти лавочники, мужики, провинциальные адвокаты называли 
его, христианнейшего короля, «своим дорогим другом». Они благосклонно препоручали ему 
французского офицера из самой родовитой дворянской семьи. Это было как раз то, чего он 
больше всего боялся: начало переворота, подрыв самих основ установленного правопорядка.
     — Я вижу, господин маркиз, — проговорил он сухо, — вы завоевали любовь этих… — он 
подыскивал слова, — …этих граждан. Разумеется, я был совершенно уверен, что французский 
офицер отличится среди этих… — он опять запнулся, — …граждан.
     На этом аудиенция закончилась.
     Собственно говоря, в Версале было известно, что молодой маркиз чрезвычайно популярен 
среди бостонцев. «Все в Америке, — сообщал объективный наблюдатель Жерар своему 
министру, — любят маркиза, восхищаются им, высоко ценят его военные таланты. Поведение 
маркиза, столь же мудрое, сколь и мужественное, равно как его обходительность, сделали мосье 
Лафайета кумиром Конгресса, армии и всего населения». Вержен вспомнил, какой дурной 
прием оказал еще совсем недавно маркизу тот же Конгресс. Он ухмыльнулся и решил, что 
непостоянство присуще республике в не меньшей мере, чем деспотии.
     Двор, народ и прежде всего женщины наперебой выказывали симпатию и благодарность 
молодому герою. Жозеф-Жильбер де Лафайет был некрасивым, суетливым, неловким юношей. 
До своих приключений он, обладатель огненно-рыжих волос и маленьких глазок, не 
пользовался успехом у женщин. Туанетта бросила однажды этого неловкого танцора посреди 
танца. И вдруг все изменилось, слава и всеобщее обожание придали возвратившемуся 
ослепительную красоту. Худоба его превратилась в стройность, воспаленные глаза светились 
мечтательностью и умом, суетливость была выражением небывалой энергии. Женщины любили 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.