Случайный афоризм
Чем больше человек пишет, тем больше он может написать. Уильям Хэзлитт (Гэзлитт)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

оружием, мундирами и другим товаром; в верфях Гавра, Шербура, Бреста, Нанта, Бордо и 
Марселя строились суда, которые должны были доставить эти товары в Америку, и фирма 
нанимала капитанов и матросов, которым предстояло эти суда повести.
     У фирмы «Горталес» имелись агенты во всех крупных портовых городах Франции. Так, в 
портах севера эту роль исполняли господа Эмери, Вайян и д'Остали, в портах юга — господа 
Шасефьер и Пейру, не говоря уже о других, менее видных. Одни были добросовестны и 
исполнительны, другие плутоваты и ненадежны. Пора было посмотреть, как там идут дела.
     Деятельность фирмы «Горталес» в портовых городах Франции находилась, однако, под 
пристальным наблюдением английской разведки, и статс-секретарь Жерар то и дело напоминал 
Пьеру о строжайшей секретности его предприятия. Северные порты кишмя кишели шпионами. 
Пьер послал на север Поля Тевено, а сам, со своим другом Филиппом Гюденом, инкогнито, под 
именем мосье Дюрана, отправился «с познавательными целями и для увеселения» на юг.
     Пьер любил путешествовать. Глаза и душа его были открыты чужим краям, он радовался 
новым городам, новым людям. Спокойный, склонный к созерцательности, жадный до 
удовольствий, Гюден был идеальным спутником. Бесконечно преданный своему другу, он не 
обижался на Пьера за то, что тот совершенно не посвящал его в свои сложные и нередко 
темные дела. Верный Филипп всегда был к услугам Пьера и держался в стороне, если 
чувствовал, что может ему помешать. Гюден был также превосходным сотрапезником, он ел и 
пил с заразительным удовольствием. Кроме того, Филипп обладал чувством юмора и готов был 
участвовать в любой шутке. Наконец, у него были огромные, безотказные знания, которыми 
Пьер всегда мог располагать.
     Так колесили они оба по южным провинциям Франции. Богатая, в осенней зрелости, 
расстилалась перед ними земля. Они останавливались в хороших трактирах, наслаждались 
природой, вином, женщинами.
     И еще они наслаждались ароматом истории. Филипп Гюден был страстным 
исследователем древностей. Среди старинных стен он чувствовал себя как дома, для него 
развалины принимали свой первоначальный вид, и в них оживали прежние обитатели.
     Пьер не был глух к подобным воспоминаниям, он расцвечивал рассказы Филиппа своим 
остроумием и своей фантазией. А тот снова и снова твердил:
     — Какая жалость, Пьер, что ты не учился. Какой бы ученый из тебя вышел! Какого гения 
лишилась в твоем лице французская классическая трагедия.
     — Ах, оставь меня в покое, — отвечал легкомысленно Пьер, — хватит с меня того, что 
есть.
     Сам он полагал, что у него есть задатки для того, чтобы стать трагическим поэтом не 
меньшего пошиба, чем Корнель или Расин, что при других условиях он бы, пожалуй, и стал им, 
но что ему суждено достигнуть в лучшем случае мольеровской славы. Тем не менее он был, в 
общем, благодарен судьбе, уготовившей ему поприще великого дельца. Ему казалось, что 
сейчас не только привилегии происхождения, но и привилегии ума начинают меркнуть по 
сравнению с привилегией денег. Но он, Пьер, обеспечен всеми тремя великими привилегиями. 
Ум он получил от рождения, денег и дворянства добился.
     Иногда дела заставляли Пьера на несколько часов или на несколько дней расставаться с 
Гюденом. Оставшись один, Филипп занимался своими науками, писал, читал и размышлял о 
том, что сам он, подобно тени, витающей над могилами и развалинами, вызывает мертвых, 
умудряя будущие поколения, тогда как его великий друг, заботясь о благе современников, 
объезжает верфи и судовладельцев, приводит в движение тысячи прилежных рук, направляет 
тысячи умов как организатор и созидатель. И он сравнивал Пьера с викингом, с 
королем-мореходом, уходящим в поход, чтобы завоевать для своего племени новые 
государства.
     Когда они бывали на людях и Пьер покорял своим умом и живостью каких-нибудь 
незнакомых сотрапезников, случалось, что Филипп Гюден не сдерживал своего восторга и 
давал понять окружающим, что мосье Дюран не кто иной, как знаменитый мосье де Бомарше. 
Если после этого к Пьеру приставали с расспросами, он упорно отрицал свое тождество с 
Бомарше, но так, что всем становилось ясно, кто перед ними.
     В прекрасном городе Бордо это привело к происшествию, которое сначала доставило 
Пьеру немалое удовольствие, а потом — огорчения. В Бордо, на верфи господ Тестара и Гаше, 
по заказу Пьера перестраивалось одно вместительное старое судно. Пьер часто заходил в 
контору фирмы «Тестар и Гаше», но никто, кроме мосье Гаше, не знал его настоящей фамилии. 
Как раз в это время в Бордо был построен большой новый театр, и к его открытию актеры 
готовили пьесу «Севильский цирюльник». Пьер ежедневно по нескольку раз ходил мимо этого 
театра; очень велик был соблазн пройти на сцену и сказать: «Это я, я Бомарше». Но Пьер сумел 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.