Случайный афоризм
Пишущему лучше недоговорить, чем сказать лишнее. Во всяком случае никакой болтовни. Альбер Камю
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     
     
     Чтение происходило в желтом салоне Туанетты.
     Дезире и Водрейль прекрасно сознавали рискованность своей затеи. Весьма возможно, 
что именно их чтение восстановит подозрительность Луи против «Фигаро». И все же Луи будет 
один против трех страстных поклонников пьесы, а он должен считаться с положением 
Туанетты.
     Но Луи и сам был в хорошем настроении и с интересом ждал начала. Чтобы доставить 
удовольствие любимой жене, он решил не возражать против пьесы, если только она не 
слишком кощунственна. Ему не хотелось раздражать Туанетту и подвергать опасности 
будущего дофина. Чтобы сохранить хорошее настроение во время чтения, он заблаговременно 
обильно закусил и велел подать еще кусок холодного заячьего паштета и конфеты.
     Стоял летний вечер, было еще светло, но в зале опустили шторы и зажгли свечи. Луи 
помог Туанетте усесться поудобней, сам развалился в широком кресле и сказал:
     — Что ж, начинайте, мосье и мадам!
     Водрейль и Дезире приступили к чтению. Следуя заранее обдуманному плану, они 
пропускали все, что могло показаться вызывающим, и длинное первое действие прошло 
благополучно. Когда во втором действии Дезире исполнила романс Керубино, Луи даже 
развеселился. Он начал сам подпевать, а когда Дезире, закончив песню, уже в роли графини 
заметила: «Тут есть непосредственность и настоящее чувство», — Луи с необычной для него 
живостью поддержал ее:
     — Правильно, совершенно правильно. Премилая песенка, и очень мне нравится. — И он 
пропел рефрен: «Que mon coeur, mon coeur, a de peine». Затем, повернувшись к Туанетте, 
убежденно заявил: — Вам следовало бы это петь, Туанетта.
     Во время всего второго действия Водрейль сдерживал себя, он «подавал», как они 
договорились, только графа и «тушил» порывистого Фигаро. Уверенность Дезире возрастала.
     Но в третьем акте Водрейлю было заметно трудней придерживаться указаний Дезире. Ему 
стало жаль невыразительно и монотонно бубнить отточенные, остроумные реплики Фигаро. В 
конце концов сейчас он актер и имеет право произвести впечатление. Он вспоминал светлую 
радость, охватившую его, когда Пьер впервые прочел ему пьесу, и находил, что это безвкусно 
— лишать комедию ее изюминки, а изюминкой этой был дерзкий ум Фигаро. К тому же 
Водрейля все больше подзадоривала острота положения. Второй раз ему уже не представится 
случай сказать флегматичному толстяку правду в лицо. Водрейль крепко запомнил и все еще 
слышал интонации, с которыми Пьер впервые читал ему реплики Фигаро. Эти интонации все 
больше и больше пробивались через надуманную манеру чтения, которой его обучила Дезире. 
Водрейль стал произносить реплики так, как это делал Пьер, и они обрели естественное свое 
звучание.
     Луи забеспокоился. Стараясь заглушить в себе раздражение, он тянулся время от времени 
к заячьему паштету, жевал, глотал. Но он решил быть снисходительным. В пьесе встречались 
интересные места, и Менар была, бесспорно, хорошей актрисой. Кроме того, Водрейль читал 
роль графа Альмавивы очень выразительно. Разумеется, в роли этой есть некоторое 
преувеличение. Водрейль, вероятно, и сам такой же наглец и насильник, как Альмавива, но, к 
счастью, большинство его, Луи, дворян не таковы. Да и право первой ночи отменено.
     Постепенно, однако, Луи невольно проникался большим интересом к характеру и судьбе 
слуги Фигаро, чем к характеру и судьбе графа. Конечно, очень досадно, если к твоей жене в 
первую же ночь, прежде чем ты сам переспал с ней, лезет в постель другой. Но если 
похотливый насильник граф неприятен, то нахальный, плутоватый слуга неприятен тем более. 
Все, что говорил и делал этот бунтовщик, лишало комедию приятности, казалось просто 
наглым. Этот малый издевался над всеми авторитетами. За всем, что он делал и говорил, стоял, 
конечно, сам господин Карон.
     Дезире пыталась взглядами и жестами показать Водрейлю, что необходимо сдерживать 
себя, но тот вошел в азарт, а увидев, что Луи взволнован, совершенно забыл о цели 
сегодняшнего чтения. Ему было приятно дразнить толстяка.
     Туанетта испытывала неловкость. Но в этот вечер впервые за долгое время она снова 
ощутила обаяние Водрейля. Как трепетало и сияло его лицо, как грозно хмурились его широкие 
брови, какими опасными казались его смелые глаза, как умно было все, что он говорил и как он 
это говорил. Какой актер! Какой мужчина! В нем воплотился и граф и Фигаро. Нет, как только 
она родит дофина, она выполнит свое обещание и отдастся Водрейлю.
     Дезире возмущала несдержанность аристократа, который свел на нет все их труды, но в 
монологах Водрейля ей все время слышались интонации Пьера, и, несмотря на досаду, ее 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.