Случайный афоризм
Моя родина там, где моя библиотека. (Эразм Роттердамский)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

испанского колорита. Теперь Пьер вспомнил о той поре, когда он сам жил в Испании, — 
хорошая была пора. Воспоминания о ней давали краски, музыку, освещение. Замок, который 
мог быть в любой части света, он превратил в деревенское поместье Агуас-Фрескас близ 
Севильи. Из персонажей, которые могли обитать где угодно, он сделал испанцев. А большой 
монолог Фигаро, вставной номер, который мог сыграть любой актер на сцене любого театра, он 
превратил в часть действия. Теперь настоящий испанский Фигаро, полный нетерпения, 
надежды и страха, расхаживал по роще среди огромных, ухоженных каштанов, по роще, так 
хорошо знакомой Пьеру. Она действительно находилась неподалеку от Севильи, и Пьер сам 
пережил в ней минуты, исполненные надежды и страха.
     Водрейль, который принимал участие в работе Пьера и Дезире, был тоже вознагражден. 
Сначала его огорчило, что не он будет играть Фигаро, этого остроумного, дерзкого, 
взбунтовавшегося слугу. Водрейль считал себя достаточно талантливым, чтобы сыграть 
мятежного простолюдина. Но теперь Водрейль полностью слился с образом графа Альмавивы. 
Если поначалу Пьер хотел воплотить в графе Альмавиве наглое чванство аристократа, если, 
создавая его образ, он хотел лишь излить свой гнев на верженов и ленорманов, да и на 
водрейлей тоже, то теперь, видя страстную готовность Водрейля оказать ему всяческую 
помощь, Пьер придал графу Альмавиве многогранность и человечность. К его надменности и 
порочности он прибавил обаятельное изящество, долю покоряюще изысканной любезности, 
наделил его чувством достоинства и тактом, которые не изменяют ему даже в моменты 
разочарования и поражения. Водрейль видел, как меняется граф Альмавива. Портрет льстил 
ему, и он от всего сердца сочувствовал графу, — «Женитьба Фигаро» все больше и больше 
превращалась в комедию, созданную им, Водрейлем, который великодушно разрешил 
подписать ее своему протеже Бомарше.
     Когда Дезире сказала Туанетте, что не знает, кого играть: горничную Сюзанну или пажа 
Керубино, это был не просто тактический прием. Сначала она действительно видела себя 
горничной, прекрасно знающей свет, Сюзанной, в создании которой она участвовала. Но теперь 
ее больше привлекала роль мальчика Керубино. Образ этот был еще неясно очерчен, но она уже 
видела юного пажа таким, каким сыграет его. Это мальчик, пробуждающийся к жизни, полный 
желаний, которых он сам не понимает, его привлекает любая женщина, и он наивно перебегает 
от одной к другой.
     Услыхав ее предложение, Пьер поразился. Он внимательно посмотрел на нее. Вот она 
стояла, стройная, маленькая, хорошенькая, с задорным, слегка вздернутым носом, и он видел в 
ней настоящую горничную Сюзанну. Но потом она сыграла ему Керубино так, как она его 
понимала, и Пьеру сразу все стало ясно. Знаток театра, он понял великие возможности, 
заложенные в роли Керубино. Ну, разумеется, Керубино должна играть только девушка, только 
Дезире. Пьер-поэт понял все смятение чувств, которое вдохнула в этого мальчика Дезире. Но он 
не увидел, он и теперь не увидел, что делается в душе Дезире; он видел в ней только актрису, 
которая должна играть пажа Керубино.
     «Ах, как глупы бывают порой умные люди», — пришла Дезире на ум фраза из «Фигаро».
     Исполненная горькой и иронической радости, она вместе со своим автором взялась за 
работу над новым образом пажа Керубино. И Керубино получился таким, каким представлялся 
ей. Была в нем наивная веселость, и было в нем первое смятение очень молодого чувства. И 
была в нем легкая, очаровательная фривольность. А потом Пьеру пришла на ум народная 
песенка, которую он все время искал и которая имела смысл только в устах Керубино. Стихи 
нужны были очень простые, и они были очень простые. Романс должен понравиться всем, 
романс звучит как народная песня и свидетельствует, что Пьер, при всем своем светском лоске, 
сам вышел из народа. Дезире взяла гитару Пьера, забренчала и запела, и все вышло словно само 
собой:
     
   Мой конь летит на воле.
   А сердце сжалось от боли.
   Я еду в чистом поле,
   Поводья опустив…
     
     А потом Пьеру пришла в голову еще одна строфа, и Дезире нашла недостающее слово, и 
он придумал еще одну строфу.
     Слова Пьера нужно было петь на мотив «Malbrough s'envaten guerre» — «Мальбрук в 
поход собрался». Мелодия эта помогла Пьеру сложить стихи. Во время американской войны 
старая боевая песня вновь вошла в обиход, и Пьер, улыбаясь, подумал, что Америка, по 
крайней мере этим, отплатила ему за то, что он для нее сделал.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.