Случайный афоризм
Чем больше человек пишет, тем больше он может написать. Уильям Хэзлитт (Гэзлитт)
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

человеком, глядевшим с холста.
     — Но это же великолепно, дорогой Дюплесси, — вырвалось у него. — Это еще лучше, 
чем написанный вами портрет Глюка. Теперь только и видишь, — обратился он к 
Франклину, — что вы за человек. Какой широкий, могучий лоб, — восторгался он, нимало не 
стесняясь присутствием модели, — сразу видно, как за ним работает мысль. А эти складки, 
глубокие и сильные! В них нет ничего, что говорило бы о скучном, пахнущем потом труде. А 
какое хладнокровие в глазах. Вы зададите нам еще немало хлопот, милейший доктор. Теперь я 
только и понял, сколько с вами будет хлопот.
     Он снова углубился в созерцание картины.
     — Какая жалость, — пробормотал он, — что я не захватил с собой Салле и что мое первое 
впечатление пропадет для потомков.
     Он решил высказаться хотя бы перед художником.
     — Человек, которого вы изобразили на этом полотне, не знает трудностей. Ему все дается 
легко. Даже на склоне лет создание республики для него не работа, а игра. Все для него игра — 
науки, люди, дела. «Par mon ame, s'il en fut en moi», — процитировал он свой любимый стих, — 
«клянусь душой, если она у меня есть», вы сами не знаете, дорогой Дюплесси, какой шедевр вы 
сотворили.
     — Простите, если я разошелся, доктор Франклин, — продолжал он, — но когда мы, 
французы, чем-нибудь восхищаемся, мы должны сразу же выговориться. Знаете, кто вы такой, 
уважаемый доктор Франклин, — воодушевился он снова, — знаете, о чем говорит эта поза и 
этот взгляд? Вы мужчина. Voila un homme, — сказал он. — Behold the man, — попробовал он 
перевести. — Нет, — заключил он, — это можно сказать только по-латыни: ecce vir.
     Франклин поднялся, потянулся.
     — Можно мне немного размять ноги? — спросил он художника, который, покраснев от 
похвал министра, неуклюже стоял в стороне.
     Франклин сошел с возвышения, сделал несколько шагов, почесался.
     — Граф считается первым знатоком искусства в этой стране, — сказал он живописцу. — 
Наверное, вы и в самом деле создали шедевр. Позвольте мне взглянуть.
     С холста на него глядел Вениамин Франклин, которого он знал, но в котором появилось 
что-то чужое. Были и мешки под глазами, и морщины, и двойной подбородок. Могучий лоб, 
сильные, энергичные скулы, строгие, испытующие, очень справедливые глаза, длинный, 
сомкнутый рот, не созданный для того, чтобы жаловаться или отрекаться. Старый человек и 
вовсе не старый, знакомый и все-таки новый.
     Дюплесси поглядел на Франклина с некоторым испугом. Лицо доктора непроизвольно 
приняло строгое, испытующее выражение, как на портрете.
     — Вы сделали это хорошо, мосье Дюплесси, — сказал он наконец, и его скупая похвала 
доставила художнику больше радости, чем многословный панегирик министра.
     — Вы должны и для меня написать портрет нашего Франклина, — сказал Морепа.
     — Больше я позировать не согласен, — поспешил заявить Франклин.
     — Это и не нужно, — успокоил его Дюплесси, — если я с некоторыми изменениями 
повторю этот портрет, то вторая или третья копия будет еще лучше.
     — Итак, мы договорились, — сказал Морепа.
     — Только, пожалуйста, не вешайте меня рядом с вашими потайными голыми дамами, — 
попросил Франклин.
     Министр задумался.
     — Куда вас повесить, — сказал он, — это вопрос. Пожалуй, покамест вам лучше не 
попадаться на глаза его христианнейшему величеству. Пожалуй, покамест вы повисите в 
Париже, в Отель-Фелипо, а не в Версале. Когда же настанет время, я отправлю вас в Версаль в 
благороднейшей золотой раме. Мой молодой монарх равнодушен к женской красоте, зато он 
ценит достоинство и честь. Un homme, — повторил он. — Ecce vir. — Он наслаждался 
определением, которое нашел для старика, что глядел с портрета.
     
     
     Слова «это подлость» звучали у Пьера в ушах, перед его глазами все время стояло 
большое, гневное, презрительное лицо Терезы.
     Он поехал к ней в Медон. Горничная сделала реверанс и сказала: «Мадам не принимает». 
Он написал ей, она не ответила.
     Он не понимал ее, но в глубине души он ее понимал, он любил ее за то, что она такая. Он 
еще раз проверил себя, еще раз пришел к заключению, что на нем нет и тени вины.
     Своего друга Поля он тоже ни в чем не винил. Виноват был один человек: Франклин. 

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 : 120 : 121 : 122 : 123 : 124 : 125 : 126 : 127 : 128 : 129 : 130 : 131 : 132 : 133 : 134 : 135 : 136 : 137 : 138 : 139 : 140 : 141 : 142 : 143 : 144 : 145 : 146 : 147 : 148 : 149 : 150 : 151 : 152 : 153 : 154 : 155 : 156 : 157 : 158 : 159 : 160 : 161 : 162 : 163 : 164 : 165 : 166 : 167 : 168 : 169 : 170 : 171 : 172 : 173 : 174 : 175 : 176 : 177 : 178 : 179 : 180 : 181 : 182 : 183 : 184 : 185 : 186 : 187 : 188 : 189 : 190 : 191 : 192 : 193 : 194 : 195 : 196 : 197 : 198 : 199 : 200 : 201 : 202 : 203 : 204 : 205 : 206 : 207 : 208 : 209 : 210 : 211 : 212 : 213 : 214 : 215 : 216 : 217 : 218 : 219 : 220 : 221 : 222 : 223 : 224 : 225 : 226 : 227 : 228 : 229 : 230 : 231 : 232 : 233 : 234 : 235 : 236 : 237 : 238 : 239 : 240 : 241 : 242 : 243 : 244 : 245 : 246 : 247 : 248 : 249 : 250 : 251 : 252 : 253 : 254 : 255 : 256 : 257 : 258 : 259 : 260 : 261 : 262 : 263 : 264 : 265 : 266 : 267 : 268 : 269 : 270 : 271 : 272 : 273 : 274 : 275 : 276 : 277 : 278 : 279 : 280 : 281 : 282 : 283 : 284 : 285 : 286 : 287 : 288 : 289 : 290 : 291 : 292 : 293 : 294 : 295 : 296 : 297 : 298 : 299 : 300 : 301 : 302 : 303 : 304 : 305 : 306 : 307 : 308 : 309 : 310 : 311 : 312 : 313 : 314 : 315 : 316 : 317 : 318 : 319 : 320 : 321 : 322 : 323 : 324 : 325 : 326 : 327 : 328 : 329 : 330 : 331 : 332 : 333 : 334 : 335 : 336 : 337 : 338 : 339 : 340 : 341 : 342 : 343 : 344 : 345 : 346 : 347 : 348 : 349 : 350 : 351 : 352 : 353 : 354 : 355 : 356 : 357 : 358 : 359 : 360 : 361 : 362 : 363 : 364 : 365 : 366 : 367 : 368 : 369 : 370 : 371 : 372 : 373 : 374 : 375 : 376 : 377 : 378 : 379 : 380 : 381 : 382 : 383 : 384 : 385 : 386 : 387 : 388 : 389 : 390 : 391 : 392 : 393 : 394 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.