Случайный афоризм
Произведения, написанные с удовольствием, обычно бывают самыми удачными, как самыми красивыми бывают дети, зачатые в любви.
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

существа,  он, Монтэг, был  везде - ив доме и  снаружи,  он  был  светящимся
облаком,  привидением,  растворившимся  в воздухе. И от  этого  трудно  было
дышать.  Он  видел,  как  Фабер задержал  дыхание,  словно боялся  вместе  с
воздухом втянуть в себя тень беглеца.
     - Сейчас Механический пес будет высажен с геликоптера у места пожара!
     На экранчике возник  сгоревший  дом, толпа,  на  земле что-то прикрытое
простыней и опускающийся с неба геликоптер, похожий на причудливый цветок.
     Так.  Значит,  они  решили  довести  игру  до  конца.  Спектакль  будет
разыгран,  невзирая  на  то, что  через какой-нибудь  час может  разразиться
война...
     Как зачарованный,  боясь пошевельнуться, Монтэг следил за происходящим.
Все  это казалось таким далеким,  не имеющим  к нему никакого отношения. Как
будто он сидел в театре и смотрел драму, чью-то  чужую драму, смотрел не без
интереса, даже  с  каким-то особым удовольствием. "А ведь это все обо мне, -
думал он, - ах ты, господи, ведь это все обо мне!"
     Если бы он захотел,  он мог бы остаться  здесь и с удобством проследить
всю погоню до  конца, шаг за шагом, по переулкам и улицам, пустынным широким
бульварам, через лужайки и площадки для  игр, задерживаясь вместе с диктором
то здесь,  то там для  необходимых  пояснений, и снова по переулкам, прямо к
объятому пламенем дому мистера и  миссис Блэк и  наконец сюда, в этот домик,
где они  с Фабером сидят  и попивают  виски,  а  электрическое чудовище  тем
временем  уже обнюхивает  след  его недавних  шагов,  безмолвное,  как  сама
смерть. Вот оно уже под окном. Теперь, если Монтэг захочет,  он может встать
и,  одним  глазом поглядывая на  телевизор, подойти  к  окну,  открыть его и
высунуться навстречу механическому зверю. И тогда на ярком квадратике экрана
он увидит самого себя со стороны,  как главного героя драмы, знаменитость, о
которой все говорят, к которой прикованы все взоры,- в других гостиных в эту
минуту все будут видеть его  объемным, в натуральную величину, в красках!  И
если он не зазевается  в этот последний  момент, он еще сможет за секунду до
ухода в небытие увидеть, как пронзает его прокаиновая игла -  во имя счастья
и спокойствия  бесчисленных  людей, минуту  назад разбуженных истошным  воем
сирен  и  поспешивших в свои гостиные,  чтобы с волнением  наблюдать  редкое
зрелище  -  охоту  на  крупного  зверя,  погоню  за  преступником,  драму  с
единственным действующим лицом.
     Успеет ли он сказать свое последнее  слово? Когда на глазах у миллионов
зрителей пес  схватит его, не должен ли он, Монтэг, одной  фразой  или  хоть
словом подвести  итог своей жизни за эту неделю, так, чтобы сказанное им еще
долго жило после того,  как  пес,  сомкнув  и  разомкнув свои  металлические
челюсти, отпрыгнет и убежит прочь, в  темноту. Телекамеры, замерев на месте,
будут следить за удаляющимся зверем -  эффектный конец! Где  ему найти такое
слово,  такое последнее  слово,  чтобы огнем обжечь лица людей, пробудить их
ото сна?
     - Смотрите, - прошептал Фабер.
     С геликоптера плавно спускалось что-то, не похожее ни на  машину, ни на
зверя,  ни мертвое, ни живое,  что-то, излучающее слабый  зеленоватый  свет.
Через миг это чудовище уже стояло у тлеющих  развалин. Полицейские подобрали
брошенный  Монтэгом огнемет  и поднесли  его  рукоятку к морде механического
зверя. Раздалось жужжание, щелкание, легкое гудение.
     Монтэг, очнувшись,  тряхнул головой и встал. Он допил остаток виски  из
стакана:
     - Пора. Я очень сожалею, что так все вышло.
     -  Сожалеете? О чем? О том, что опасность грозит мне, моему дому? Я все
это заслужил. Идите, ради  бога, идите! Может быть,  мне  удастся  задержать
их...
     -  Постойте. Какая польза, если и вы  попадетесь? Когда я уйду, сожгите
покрывало с  постели - я касался его.  Бросьте  в  печку  стул, на котором я
сидел.  Протрите  спиртом  мебель,  все  дверные  ручки. Сожгите  половик  в
прихожей. Включите на  полную мощность вентиляцию во всех комнатах, посыпьте
все  нафталином, если он у  вас есть.  Потом  включите вовсю  ваши  поливные
установки в саду, а дорожки промойте из шланга. Может быть, удастся прервать

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.