Случайный афоризм
Писатель, если он настоящий писатель, каждый день должен прикасаться к вечности или ощущать, что она проходит мимо него. Эрнест Хемингуэй
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1877 году родился(-лась) Герман Гессе


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

мягким ласкающим  светом. Но  еще удивительнее  было их  мастерство: они
летели, неизменно сохраняя расстояние точно  в один дюйм между своими  и
его крыльями.
     Не проронив ни  слова, Джонатан подверг  их испытанию, которого  ни
разу не выдержала ни одна  чайка. Он изменил положение крыльев  так, что
скорость полета резко замедлилась: еще на милю в час меньше - и  падение
неизбежно.  Две  сияющие  птицы,  не  нарушая  дистанции, плавно снизили
скорость одновременно с ним. Они умели летать медленно!
     Он сложил крылья, качнулся из  стороны в сторону и бросился  в пике
со скоростью  сто девяносто  миль в  час. Они  понеслись  вместе  с ним,
безупречно сохраняя строй.
     Наконец,  он  на  той  же  скорости  перешел в длинную вертикальную
замедленную бочку. Они улыбнулись и сделали бочку одновременно с ним.
     Он перешел в горизонтальный  полет, некоторое время летел  молча, а
потом сказал:
     - Прекрасно. - И спросил: - Кто вы?
     -  Мы  из  твоей  Стаи,  Джонатан,  мы  твои братья. - Они говорили
спокойно и  уверенно. -  Мы прилетели,  чтобы позвать  тебя выше,  чтобы
позвать тебя домой.
     - Дома у меня  нет. Стаи у меня  нет. Я Изгнанник. Мы  летим сейчас
на вершину Великой Горы Ветров. Я могу поднять свое дряхлое тело еще  на
несколько сот футов, но не выше.
     - Ты  можешь подняться  выше, Джонатан,  потому что  ты учился.  Ты
окончил одну школу, теперь настало время начать другую.
     Эти слова сверкали перед ним всю жизнь, поэтому Джонатан понял,
понял мгновенно. Они правы. Он может летать выше,и ему пора возвращаться
домой.

     Он бросил  долгий взгляд  на небо,  на эту  великолепную серебряную
страну, где он так много узнал.
     - Я готов, - сказал он наконец.
     И  Джонатан  Ливингстон  поднялся  ввысь  вместе  с  двумя чайками,
яркими, как звезды, и исчез в непроницаемой темноте неба.

Часть вторая

     "Так это и есть  небеса", - подумал он  и не мог не  улыбнуться про
себя.  Наверное,  это  не  очень  почтительно  -  размышлять,  что такое
небеса, едва ты там появился.
     Теперь, когда он расстался с  Землей и поднялся над облаками  крыло
к  крылу   с  двумя  лучезарными  чайками,  он  заметил,  что  его  тело
постепенно становится таким же  лучистым. Конечно, оно принадлежало  все
тому  же  молодому  Джонатану,  который  всегда  жил  за  зрачками   его
золотистых глаз, но внешне оно переменилось.
     Оно осталось телом  чайки, и все-таки  никогда прежде Джонатану  не
леталось так хорошо. "Как  странно, - думал он,  - я трачу вдвое  меньше
усилий, а лечу вдвое быстрее, я в силах сделать вдвое больше, чем в  мои
лучшие дни на Земле!"
     Его   белые   перья   сверкали   и   искрились,   а   крылья  стали
безукоризненно  гладкими, как  отполированные серебряные  пластинки.  Он
с восторгом  начал изучать  их и  прилагать силу  своих мускулов  к этим
новым крыльям.
     Достигнув скорости двести пятьдесят  миль в  час, он  почувствовал,
что  приближается  к   максимальной  скорости  горизонтального   полета.
Достигнув двухсот семидесяти трех миль, он понял, что быстрее лететь  не
в силах, и испытал некоторое разочарование. Возможности его нового  тела
тоже были  ограниченны, правда,  ему удалось  значительно превысить свой
прежний рекорд. но предел  все-таки существовал, и чтобы  его превзойти,
нужны были огромные усилия.  "На небесах, - думал  он, - не должно  быть
никаких пределов".

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.