Случайный афоризм
Самый плохой написанный рассказ гораздо лучше самого гениального, но не написанного. В. Шахиджанян
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Р-реактор! Р-реактор! Надо выдер-ржать!
     - Какой сла-авный! - воскликнула Стелла. - Саня, поймай его...
     Дрозд двинулся было к попугаю, но остановился.
     - Он же,  наверное, кусается, - опасливо произнес он. - Вон клюв
какой.
     Попугай оттолкнулся от пола,  взмахнул крыльями  и  как-то  неловко
запорхал по комнате. Я следил за ним с удивлением. Он был очень похож на
того,  вчерашнего.  Родной   единокровный   брат-близнец.   Полным-полно
попугаев, подумал я.
     Дрозд отмахнулся кисточкой.
     - Еще долбанет, пожалуй, - сказал он.
     Попугай сел   на   коромысло   лабораторных   весов,    подергался,
уравновешиваясь, и разборчиво крикнул:
     - Пр-роксима Центавр-р-ра! Р-рубидий! Р-рубидий!
     Потом он   нахохлился,   втянул  голову  и  закрыл  глаза  пленкой.
По-моему,  он дрожал.  Стелла быстро сотворила кусок хлеба  с  повидлом,
отщипнула  корочку и поднесла ему под клюв.  Попугай не реагировал.  Его
явно лихорадило, и чашки весов, мелко трясясь, позвякивали о подставку.
     - По-моему,  он больной, - сказал Дрозд. Он рассеянно взял из рук
Стеллы бутерброд и стал есть.
     - Ребята,  -  сказал  я,  -  кто-нибудь раньше видел в институте
попугаев?
     Стелла помотала головой. Дрозд пожал плечами.
     - Что-то слишком много попугаев за последнее время,  - сказал  я.
-- И вчера вот тоже...
     - Наверное,  Янус экспериментирует с попугаями, - сказала Стелла.
-- Антигравитация или еще что-нибудь в этом роде...
     Дверь в коридор отворилась,  и толпой вошли Роман Ойра-Ойра, Витька
Корнеев,  Эдик Амперян и Володя Почкин.  В комнате стало шумно. Корнеев,
хорошо выспавшийся и очень бодрый,  принялся листать  заметки  и  громко
издеваться   над   стилем.  Могучий  Володя  Почкин,  как  замредактора,
исполняющий в   основном  полицейские  обязанности,  схватил  Дрозда  за
толстый загривок,  согнул его пополам и принялся тыкать носом в  газету,
приговаривая:   "Заголовок   где?   Где   заголовок,  Дроздилло?"  Роман
потребовал от нас готовых стихов.  А Эдик,  не имевший к газете никакого
отношения, прошел к шкафу и принялся с грохотом передвигать в нем разные
приборы. Вдруг попугай заорал: "Овер-рсан! Овер-рсан!" - и все замерли.
     Роман уставился  на  попугая.  На  лице  его   появилось   давешнее
выражение, словно его только что осенила необычайная идея. Володя Почкин
отпустил Дрозда и сказал:  "Вот  так  штука,  попугай!"  Грубый  Корнеев
немедленно  протянул руку,  чтобы схватить попугая поперек туловища,  но
попугай вырвался, и Корнеев схватил его за хвост.
     - Оставь, Витька! - закричала Стелла сердито. - Что за манера --
мучить животных?
     Попугай заорал. Все столпились вокруг него. Корнеев держал его, как
голубя,  Стелла гладила по хохолку,  а Дрозд  нежно  перебирал  перья  в
хвосте. Роман посмотрел на меня.
     - Любопытно, - сказал он. - Правда?
     - Откуда он здесь взялся, Саша? - вежливо спросил Эдик.
     Я мотнул головой в сторону лаборатории Януса.
     - Зачем Янусу попугай? - осведомился Эдик.
     - Ты это меня спрашиваешь? - сказал я.
     - Нет, это вопрос риторический, - серьезно сказал Эдик.
     - Зачем Янусу два попугая? - сказал я.
     - Или три, - тихонько добавил Роман.
     Корнеев обернулся к нам.
     - А где еще?  - спросил он,  с интересом озираясь.  Попугай в его
руке слабо трепыхался, пытаясь ущипнуть его за палец.
     - Отпусти ты его, - сказал я. - Видишь, ему нездоровится.
     Корнеев отпихнул Дрозда и снова посадил попугая  на  весы.  Попугай

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.