Случайный афоризм
Даже лучшие писатели говорят слишком много. Люк де Клапье Вовенарг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

Оказалось,  что я лежу на диване, уткнувшись носом в подушку, и пальцами
ощупываю холодное бревно стены.
     Некоторое время я лежал, обмирая, пока не осознал, что где-то рядом
храпит старуха и в комнате  разговаривают.  Кто-то  наставительно  вещал
вполголоса:
     - Слон есть самое большое животное из всех  живущих  на  земле.  У
него на рыле есть большой кусок мяса, который называется хоботом потому,
что он пуст и протянут,  как труба.  Он его вытягивает и сгибает всякими
образами и употребляет его вместо руки...
     Холодея от любопытства,  я осторожно повернулся на  правый  бок.  В
комнате было по-прежнему пусто. Голос продолжал еще более наставительно:
     - Вино,  употребляемое умеренно,  весьма хорошо  для  желудка;  но
когда пить его слишком много, то производит пары, унижающие человека до
степени несмысленных скотов.  Вы иногда видели пьяниц и помните  еще  то
справедливое отвращение, которое вы к ним возымели...
     Я рывком поднялся  и  спустил  ноги  с  дивана.  Голос  умолк.  Мне
показалось,  что  говорили  откуда-то  из-за  стены.  В комнате все было
по-прежнему, даже вешалка, к моему удивлению, висела на месте. И к моему
удивлению, мне опять очень хотелось есть.
     - Тинктура экс витро антимонии,  - провозгласил  вдруг  голос.  Я
вздрогнул.  -  Магифтериум  антимон ангелий салаэ.  Бафилии олеум витри
антимонии алекситериум антимониалэ! - Послышалось явственное хихиканье.
--  Вот  ведь  бред  какой! - сказал голос и продолжал с завыванием: --
Вскоре очи сии, еще не отверзаемые, не узрят более солнца, но не попусти
закрыться   оным   без   благоутробного  извещения  о  моем  прощении  и
блаженстве...  Сие есть  "Дух  или  Нравственные  Мысли  Славного  Юнга,
извлеченные из нощных его размышлений". Продается в Санкт-Петербурге и в
Риге в книжных лавках  Свешникова  по  два  рубля  в  папке.  -  Кто-то
всхлипнул. - Тоже бредятина, - сказал голос и произнес с выражением:

                    Чины, краса, богатства,
                    Сей жизни все приятства,
                    Летят, слабеют, исчезают,
                    О тлен, и щастье ложно!
                    Заразы  сердце угрызают,
                    А славы удержать не можно...

     Теперь я понял,  где говорили.  Голос раздавался в углу, где висело
туманное зеркало.
     - А теперь, - сказал голос, - следующее. "Все - единое Я, это Я
-- мировое Я.  Единение с неведением,  происходящее от затмения света, Я
исчезает с развитием духовности".
     - А эта бредятина откуда?  - спросил я.  Я не ждал ответа.  Я был
уверен, что сплю.
     - Изречения из "Упанишад", - ответил с готовностью голос.
     - А что такое "Упанишады"? - Я уже не был уверен, что сплю.
     - Не знаю, - сказал голос.
     Я встал и подошел  к  зеркалу.  Я  не  увидел  своего
отражения.  В  мутном  стекле  отражалась занавеска,  угол печи и вообще
много вещей. Но меня в нем не было.
     - В чем дело? - спросил голос. - Есть вопросы?
     - Кто это  говорит?  -  спросил  я,  заглядывая  за  зеркало.  За
зеркалом  было много пыли и дохлых пауков.  Тогда я указательным пальцем
нажал  на  левый  глаз.  Это  было   старинное   правило   распознавания
галлюцинаций,  которое  я  вычитал в увлекательной книге В.  В.  Битнера
"Верить или не верить?".  Достаточно надавить пальцем на глазное яблоко,
и  все  реальные  предметы  -  в отличие от галлюцинаций - раздвоятся.
Зеркало раздвоилось,  и в нем  появилось  мое  отражение  -  заспанная,
встревоженная физиономия.  По ногам дуло.  Поджимая пальцы,  я подошел к
окну и выглянул.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.