Случайный афоризм
Очень трудно писать то, что является исключительно вашим изобретением, оставаясь при этом верным другому тексту, который вы анализируете. Жак Деррида
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе

Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

уксусу, две луковицы... и перчик. Подается к мясным блюдам... Как сейчас
помню:  к маленьким бифштексам.  "Вот подлость,  - подумал я,-- ведь не
просто к бифштексам, а к ма-а-аленьким бифштексам". Я вскочил и подбежал
к окну.  В ночном воздухе отчетливо  пахло  ма-а-аленькими  бифштексами.
Откуда-то  из  недр  подсознания  всплыло:  "Подавались  ему  обычные  в
трактирах блюда,  как то: кислые щи, мозги с горошком, огурец соленый (я
глотнул) и  вечный  слоеный  сладкий  пирожок..." - "Отвлечься бы",  --
подумал я и взял книгу с подоконника.  Это был Алексей Толстой,  "Хмурое
утро".  Я  открыл  наугад.  "Махно,  сломав сардиночный нож,  вытащил из
кармана  перламутровый  ножик  с  полусотней  лезвий  и   им   продолжал
орудовать,  открывая  жестянки  с  ананасами  (плохо  дело,  подумал я),
французским паштетом, с омарами, от которых резко запахло по комнате". Я
осторожно  положил  книгу  и  сел  за  стол на табурет.  В комнате вдруг
обнаружился вкусный резкий запах:  должно быть,  пахло омарами.  Я  стал
размышлять,  почему  я  до  сих  пор ни разу не попробовал омаров.  Или,
скажем,  устриц.  У Диккенса все едят устриц,  орудуют складными ножами,
отрезают  толстые  ломти  хлеба,  намазывают  маслом...  Я  стал  нервно
разглаживать скатерть.  На скатерти виднелись неотмытые  пятна.  На  ней
много  и  вкусно  ели.  Ели  омаров  и  мозги с горошком.  Ели маленькие
бифштексы с соусом пикан.  Большие и средние бифштексы  тоже  ели.  Сыто
отдувались, удовлетворенно цыкали зубом...
     Отдуваться мне было не с чего, и я принялся цыкать зубом.
     Наверное, я делал это громко  и  голодно,  потому  что  старуха  за
стеной  заскрипела  кроватью,  сердито  забормотала,  загремела чем-то и
вдруг вошла ко мне в комнату.  На ней была длинная  серая  рубаха,  а  в
руках   она  несла  тарелку,  и  в  комнате  сейчас  же  распространился
настоящий,  а не  фантастический  аромат  еды.  Старуха  улыбалась.  Она
поставила тарелку прямо передо мной и сладко пробасила:
     - Откушай-ко,  батюшка,  Александр  Иванович.  Откушай,  чем   бог
послал, со мной переслал...
     - Что вы,  что вы, Наина Киевна, - забормотал я, - зачем же было
так беспокоить себя...
     Но в руке у меня уже откуда-то оказалась вилка с костяной ручкой, и
я стал есть, а бабка стояла рядом, кивала и приговаривала:
     - Кушай, батюшка, кушай на здоровьице...
     Я съел все. Это была горячая картошка с топленым маслом.
     - Наина Киевна,  - сказал я истово, - вы меня спасли от голодной
смерти.
     - Поел? - сказала Наина Киевна как-то неприветливо.
     - Великолепно поел.  Огромное вам спасибо!  Вы себе представить не
можете...
     - Чего уж тут не  представить,  -  перебила  она  уже  совершенно
раздраженно.  -  Поел,  говорю?  Ну  и  давай сюда тарелку...  Тарелку,
говорю, давай!
     - По... пожалуйста, - проговорил я.
     - "Пожалуйста, пожалуйста"...  Корми тут вас за пожалуйста...
     - Я могу заплатить, - сказал я, начиная сердиться.
     - "Заплатить,  заплатить"...  - Она пошла к двери.  - А ежели за
это и не платят вовсе? И нечего врать было...
     - То есть как это - врать?
     - А  так вот и врать!  Сам говорил,  что цыкать не будешь...-- Она
замолчала и скрылась за дверью.
     "Что это она?  - подумал я.  Странная какая-то бабка... Может быть,
она вешалку заметила?"  Было слышно, как она скрипит пружинами, ворочаясь
на  кровати  и  недовольно ворча.  Потом она запела негромко на какой-то
варварский мотив:  "Покатаюся,  поваляюся, Ивашкиного мяса поевши..." Из
окна потянуло ночным холодом.  Я поежился,  поднялся, чтобы вернуться на
диван, и тут меня осенило: дверь я перед сном запирал. В растерянности я
подошел к двери и протянул руку, чтобы проверить щеколду, но едва пальцы
мои коснулись холодного железа,  как все поплыло у меня  перед  глазами.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.