Случайный афоризм
Писатель существует только тогда, когда тверды его убеждения. Оноре де Бальзак
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

начал понимать. Стелла сказала тоненьким голоском:
     - Еще селедочные головы есть...
     - Много?
     - Две тонны.
     - М-да, - сказал Эдик. - И где же они?
     - Они должны подаваться по конвейеру,  - сказала Стелла.  - Но я
попробовала, а конвейер сломан...
     - Между  прочим,  -  сказал  Роман громко,  - уже в течение двух
минут я пытаюсь его пассивизировать, и совершенно безрезультатно...
     - Я тоже, - сказал Эдик.
     - Поэтому,  - сказал Роман,  - было бы  очень  хорошо,  если  бы
кто-нибудь   из   особо   брезгливых  занялся  починкой  конвейера.  Как
паллиатив.  Есть тут кто-нибудь еще из магистров?  Эдика я вижу. Еще кто
нибудь есть? Корнеев! Виктор Павлович, ты здесь?
     - Нет его. Может, за Федором Симеоновичем сбегать?
     - Я думаю,  пока не стоит беспокоить.  Справимся как-нибудь. Эдик,
давай-ка вместе, сосредоточенно.
     - В каком режиме?
     - В режиме торможения.  Вплоть до тетануса. Ребята, помогайте все,
кто умеет.
     - Одну минутку, - сказал Эдик. - А если мы его повредим?
     - Да-да-да, - сказал я. - Вы уж лучше не надо. Пусть уж лучше он
меня сожрет.
     - Не беспокойся, не беспокойся. Мы будем осторожны. Эдик, давай на
прикосновениях. В одно касание.
     - Начали, - сказал Эдик.
     Стало еще  тише.   Кадавр   ворочался   в   чане,   а   за   стеной
переговаривались  и  постукивали  добровольцы,  возившиеся с конвейером.
Прошла минута. Кадавр вылез из чана, утер бороду, сонно посмотрел на нас
и  вдруг  ловким  движением,  неимоверно  далеко  вытянув  руку,  сцапал
последнюю буханку хлеба.  Затем он  рокочуще  отрыгнул  и  откинулся  на
спинку  стула,  сложив  руки на огромном вздувшемся животе.  По лицу его
разлилось блаженство.  Он посапывал  и  бессмысленно  улыбался.  Он  был
несомненно  счастлив,  как  бывает  счастлив предельно уставший человек,
добравшийся наконец до желанной постели.
     - Подействовало, кажется, - с облегченным вздохом сказал кто-то в
толпе.
     Роман с сомнением поджал губы.
     - У меня нет такого впечатления, - вежливо сказал Эдик.
     - Может быть, у него завод кончился? - сказал я с надеждой.
     Стелла жалобно сообщила:
     - Это  просто релаксация...  Пароксизм довольства.  Он скоро опять
проснется.
     - Слабаки   вы,   магистры,   -  сказал  мужественный  голос.  --
Пустите-ка меня, пойду Федора Симеоновича позову.
     Все переглянулись,   неуверенно  улыбаясь.  Роман  задумчиво  играл
умклайдетом, катая его на ладони.  Стелла дрожала,  шепча:  "Что  ж  это
будет?  Саша,  я боюсь!" Что касается меня, то я выпячивал грудь, хмурил
брови и боролся со страстным желанием позвонить Модесту Матвеевичу.  Мне
ужасно хотелось снять с себя ответственность. Это была слабость, и я был
бессилен перед ней.  Модест Матвеевич представлялся мне сейчас совсем  в
особом свете.  Я был убежден, что стоило бы Модесту Матвеевичу появиться
здесь и заорать на упыря: "Вы это прекратите, товарищ Выбегалло!" - как
упырь  немедленно  бы прекратил.
     - Роман, - сказал я небрежно, - я думаю, что в крайнем случае ты
способен его дематериализовать?
     Роман засмеялся и похлопал меня по плечу.
     - Не трусь,  - сказал он. - Это все игрушки. С Выбегаллой только
связываться  неохота...  Этого  ты  не бойся,  ты вон того бойся!  - Он
указал на второй автоклав, мирно пощелкивающий в углу.

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.