Случайный афоризм
Мне конец, как только я кончу сочинять, и это меня радует. Роберт Вальзер
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

огня,  в запальчивости начинал строить и тут же разрушал дворцы,  потом,
наконец, сдался, сел на пол и, вздрагивая от разрядов, жалобно завыл:
     - Ну хватит, ну отстаньте, ну я больше не буду... Ой-йой-йой... Ну
я уже совсем тихий...
     У пульта  разрядника  стояли  спокойные  немигающие  молодые  люди,
сплошь дубли.  Оригиналы же,  столпившись около вибростенда, поглядывали
на часы и откупоривали бутылки.
     Я подошел к ним.
     - А, Сашка!
     - Сашенция, ты, говорят, дежурный сегодня... Я к тебе потом забегу
в зал.
     - Эй, кто-нибудь, сотворите ему стакан, у меня руки заняты...
     Я был ошеломлен и не заметил,  как в руке у меня  очутился  стакан.
Пробки грянули в щиты Джян бен Джяна,  шипя полилось ледяное шампанское.
Разряды смолкли,  джинн перестал скулить и начал принюхиваться.  В ту же
секунду Кремлевские часы принялись бить двенадцать.
     - Ребята! Да здравствует понедельник!
     Стаканы сдвинулись. Потом кто-то сказал, осматривая бутылку:
     - Кто творил вино?
     - Я.
     - Не забудь завтра заплатить.
     - Ну что, еще бутылочку?
     - Хватит, простудимся.
     - Хороший джинн попался... Нервный немножко.
     - Дареному коню...
     - Ничего,  полетит как миленький.  Сорок витков продержится, а там
пусть катится со своими нервами.
     - Ребята,  - робко сказал я,  - ночь на дворе... И праздник. Шли
бы вы по домам...
     На меня посмотрели,  меня похлопали по плечу, мне сказали: "Ничего,
это пройдет" - и гурьбой двинулись к вольеру...  Дубли откатили один из
щитов,  а оригиналы деловито окружили джинна, крепко взяли его за руки и
за ноги и поволокли к вибростенду.  Джинн трусливо причитал и неуверенно
сулил всем сокровища царей земных. Я одиноко стоял в сторонке и смотрел,
как они пристегивают его ремнями и прикрепляют к разным частям его  тела
микродатчики.  Потом я потрогал щит.  Он был огромный,  тяжелый, изрытый
вмятинами от ударов шаровых молний,  местами обуглившийся. Щиты Джян бен
Джяна были сделаны из семи драконьих шкур,  склеенных желчью отцеубийцы,
и рассчитаны на прямое попадание молнии.  К каждому щиту  были  обойными
гвоздиками прибиты жестяные инвентарные номера.  Теоретически на лицевой
стороне  щитов  должны  были  быть  изображения  всех  знаменитых   битв
прошлого, а на внутренней - всех великих битв грядущего. Практически же
на лицевой стороне щита,  перед которым я стоял,  виднелось что-то вроде
реактивного самолета, штурмующего автоколонну, а внутренняя сторона была
покрыта странными разводами и напоминала абстрактную картину.
     Джинна стали трясти на вибростенде.  Он хихикал и взвизгивал:  "Ой,
щекотно!..  Ой,  не могу!.." Я вернулся  в  коридор.  В  коридоре  пахло
бенгальскими  огнями.  Под  потолком  крутились шутихи,  стуча о стены и
оставляя за собой струи цветного дыма,  проносились ракеты. Я повстречал
дубля  Володи  Почкина,  волочившего  гигантскую  инкунабулу  с  медными
застежками,  двух дублей Романа Ойры-Ойры,  изнемогавших под  тяжеленным
швеллером, потом самого Романа с кучей ярко-синих папок из архива отдела
Недоступных Проблем, а затем свирепого лаборанта из отдела Смысла Жизни,
конвоирующего  на  допрос  к  Хунте стадо ругающихся привидений в плащах
крестоносцев... Все были заняты и деловиты.
     Трудовое законодательство нарушалось злостно, и я почувствовал, что
у  меня исчезло всякое желание бороться с этими нарушениями,  потому что
сюда в двенадцать часов новогодней ночи, прорвавшись через пургу, пришли
люди,  которым  было  интереснее  доводить до конца или начинать сызнова
какое-нибудь  полезное  дело,  чем  глушить  себя  водкой,  бессмысленно

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.