Случайный афоризм
Ни один жанр литературы не содержит столько вымысла, сколько биографический. Уильям Эллери Чэннинг
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

     - Повезли, - повторила она. - Каждую пятницу возят...
     - Куда? - спросил я.
     - На полигон,  батюшка.  Все экспериментируют...  Делать им больше
нечего.
     - А кого повезли, Наина Киевна?
     - То есть как это - кого? Сам не видишь, что ли?..
     Она повернулась и пошла прочь, но я догнал ее.
     - Наина Киевна, вам тут телефонограмму передали.
     - Это  от  кого же?
     - От Ха Эм Вия.
     - А насчет чего?
     - У вас слет какой-то сегодня,  - сказал я,  пристально глядя  на
нее. - На Лысой Горе. Форма одежды - парадная.
     Старуха явно обрадовалась.
     - Вправду?   -   сказала   она.   -   Вот   хорошо-то!..  А  где
телефонограмма?
     - В прихожей на телефоне.
     - А насчет членских взносов там ничего не говорится?  -  спросила
она, понизив голос.
     - В каком смысле?
     - Ну,  что,  мол,  надлежит  погасить  задолженность с одна тысяча
семьсот... - Она замолчала.
     - Нет, - сказал я. - Ничего такого не говорилось.
     - Ну и хорошо. А с транспортом как? Машину подадут или что?
     - Дайте я вам кошелку поднесу, - предложил я.
     Старуха отпрянула.
     - Это тебе зачем?  - спросила она подозрительно. - Ты это оставь
-- не люблю... Кошелку ему!.. Молодой, да, видно, из ранних...
     "Не люблю старух",-- подумал я.
     - Так как же с транспортом? - повторила она.
     - За свой счет, - сказал я злорадно.
     - Ах,  скопидомы!  - застонала старуха. - Метлу в музей забрали,
ступу не ремонтируют,  взносы дерут по пять рубликов на ассигнации, а на
Лысую гору за свой счет!  Счет-то  не  малый,  батюшка,  да  пока  такси
ждет...
     Бормоча и кашляя,  она отвернулась от меня и пошла прочь.  Я  потер
руки и тоже пошел своей дорогой.  Мои предположения оправдывались.  Узел
удивительных происшествий затягивался все туже.  И стыдно признаться, но
это  казалось  мне  сейчас  более  интересным,  чем  даже  моделирование
рефлекторной дуги.
     На проспекте  Мира  было  уже  пусто.  У перекрестка крутилась стая
ребятишек - играли,  по-моему,  в чижа. Увидев меня, они бросили игру и
стали  приближаться.  Предчувствуя  недоброе,  я  торопливо миновал их и
двинулся к центру.  За моей спиной  послышался  сдавленный  восторженный
возглас:   "Стиляга!"  Я  ускорил  шаг.  "Стиляга!"  -  завопили  сразу
несколько  голосов.  Я  почти  побежал.  Позади   визжали:   "Стиля-ага!
Тонконогий!  Папина "Победа"!.." Прохожие смотрели на меня сочувственно.
В таких ситуациях лучше всего куда-нибудь нырнуть.  Я нырнул в ближайший
магазин,  оказавшийся гастрономом,  походил вдоль прилавков,  убедился в
том,  что сахар есть,  выбор колбас и конфет не богат, но зато выбор так
называемых рыбных изделий превосходит все ожидания. Там была такая семга
и такой лосось!..  Я выпил стакан газированной воды и выглянул на улицу.
Мальчишек  не было.  Тогда я вышел из магазина и двинулся дальше.  Скоро
лабазы  и   бревенчатые   избы-редуты   кончились,   пошли   современные
двухэтажные   дома   с  открытыми  сквериками.  В  сквериках  копошились
младенцы,  пожилые женщины  вязали  что-то  теплое,  а  пожилые  мужчины
резались в домино.
     В центре города оказалась  обширная  площадь,  окруженная  двух-  и
трехэтажными зданиями.  Площадь была асфальтирована,  посередине зеленел
садик.  Над зеленью возвышался большой красный  щит  с  надписью  "Доска

1 : 2 : 3 : 4 : 5 : 6 : 7 : 8 : 9 : 10 : 11 : 12 : 13 : 14 : 15 : 16 : 17 : 18 : 19 : 20 : 21 : 22 : 23 : 24 : 25 : 26 : 27 : 28 : 29 : 30 : 31 : 32 : 33 : 34 : 35 : 36 : 37 : 38 : 39 : 40 : 41 : 42 : 43 : 44 : 45 : 46 : 47 : 48 : 49 : 50 : 51 : 52 : 53 : 54 : 55 : 56 : 57 : 58 : 59 : 60 : 61 : 62 : 63 : 64 : 65 : 66 : 67 : 68 : 69 : 70 : 71 : 72 : 73 : 74 : 75 : 76 : 77 : 78 : 79 : 80 : 81 : 82 : 83 : 84 : 85 : 86 : 87 : 88 : 89 : 90 : 91 : 92 : 93 : 94 : 95 : 96 : 97 : 98 : 99 : 100 : 101 : 102 : 103 : 104 : 105 : 106 : 107 : 108 : 109 : 110 : 111 : 112 : 113 : 114 : 115 : 116 : 117 : 118 : 119 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.