Случайный афоризм
Пишешь, чтобы тебя любили, но оттого что тебя читают, ты любимым себя не чувствуешь; наверное, в этом разрыве и состоит вся судьба писателя. Ролан Барт
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1681 году скончался(-лась) Педро Кальдерон


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                              Дмитрий АЧАСОЕВ

                                 ХЭЛЛОУИН


     Я построил Машинку. В ней много  замечательных  колесиков,  деловитых
шестеренок, сверкающих  стеклышек  и  прочих  штуковин.  Она  жужжит,  как
здоровенный жук, когда движется вперед,  она  шелестит  бабочкой  на  пути
назад, на поворотах она скрипит, как сверчок. На ее левом боку я  написал:
"Сепаратор турбо", а на правом - "Чик-чик тарантул". Она и вправду  чем-то
похожа на  шустрого  паука-сенокосца,  хотя  в  ней  есть  сходство  и  со
скорпионом. В общем, она очень красивая,  моя  Машинка.  Только  вот  Джин
испугалась и сказала: "Это какое-то твое очередное безумие, которое  ничем
хорошим не кончится". Мне понравились эти слова и  я  написал  на  Машинке
спереди: "Мое очередное безумие, которое ничем хорошим не кончится".


     Когда я был совсем маленьким, я очень хотел попасть в Корею.  Мне  не
повезло. Война там кончилась, когда мне было восемь лет, и в утешение отец
купил мне роскошный механический конструктор (Fiftееn вucks,  sir!)  Тогда
же я и построил свою  первую  Машинку,  жалкое  подобие  муравья,  которая
издохла на третьей минуте жизни, но я не унывал. Мне удалось сэкономить на
школьных завтраках, и через два года  я  купил  себе  второй,  куда  более
шикарный  конструктор  (Forty  вuсks,  sir!).  Еще  через  восемь  лет  я,
окрыленный своими первыми удачами и юношеской наглостью, приехал в Бостон,
поступать в Массачусетский технологический институт,  куда,  к  сожалению,
без особых усилий поступил. Там же, в  Бостоне,  я  познакомился  с  Элен.
Оценив ее по достоинству, я ринулся  в  бой.  Три  года  ушли  на  покупку
букетов, сочинение пламенных писем и прочую любовную чушь;  кончилось  все
тем, что я надоел ей до крайности и обычно уравновешенная и  дипломатичная
Элен заявила, что не может любить человека,  жесткого,  как  жужелица.  Не
успел я по-настоящему расстроиться, как подоспела Вьетнамская война, благо
в тот год я уже был выпускником МТИ. В отличие от Кореи, во Вьетнам я  уже
не рвался и  частенько,  трясясь  в  вертолете  над  утомительной  зеленью
тропических  джунглей,  жалел,  что  не  получаю  от  этого  ни  малейшего
удовольствия.  Тем  более  не  доставил   мне   удовольствия   вьетнамский
пулеметчик, который сбил нас однажды над дельтой Меконга. С горем  пополам
удалось посадить вертолет и мы, по колено в болотной жиже, приняли бой.  Я
- плохой пехотинец, и если бы не Бак Стенли,  мой  приятель  еще  по  МТИ,
гроза университетских баскетболистов, интеллектуал и сердцеед, то  Америку
я увидел бы только из уютного цинкового гробика. Благодаря  же  Стенли,  я
выжил и вернулся.
     Говорят, после Вьетнама я постарел на десять лет. Не знаю,  не  знаю.
По крайней мере, поумнел я на все двадцать, но  и  это  не  помогло.  Элен
вышла замуж за героя Вьетнамской войны Бака Стенли и,  в  конечном  счете,
это было справедливо. Все-таки Бак скрутил  за  меня  не  одну  узкоглазую
башку и я, не держа обиды - по крайней мере на поверхности - явился к  ним
на свадьбу, где и произошел один забавный инцидент.  В  разгар  веселья  я
встал и, дождавшись тишины, произнес  тост.  Я  предложил  выпить  за  мою
эволюцию. Конечно, это было не скромно,  зато  имело  определенный  смысл.
Никто, правда, ни черта не понял, но захмелевшим гостям  было  плевать,  и
они, в очередной раз обозвав меня большим чудаком, все-таки  выпили.  Элен
презрительно пожала плечами, а Бак отозвал меня в сторонку и, похихикивая,
от всей души пожелал мне успехов в эволюции. По-моему, это была  идиотская
шутка.


     Бак не знал, что в шесть лет я стремился в Корею. Да  и  в  противном
случае ничего, кроме парочки добродушных, но нелестных замечаний он бы  не
обронил. А зря. Я ведь не собирался мотаться по грязным, вонючим  джунглям

1 : 2 : 3 : 4 : 5 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.