Случайный афоризм
Для того чтобы быть народным писателем, мало одной любви к родине, - любовь дает только энергию, чувство, а содержания не дает; надобно еще знать хорошо свой народ, сойтись с ним покороче, сродниться. Николай Александрович Островский
 
новости
поиск по автору
поиск по тематике
поиск по ключевому слову
проба пера
энциклопедия авторов
словарь терминов
программы
начинающим авторам
ваша помощь
о проекте
Книжный магазин
Главная витрина
Книги компьютерные
Книги по психологии
Книги серии "Для чайников"
Книги по лингвистике
ЧАВо
Разные Статьи
Статьи по литературе
Форма пользователя
Логин:
Пароль:
регистрация
 детектив



 драмма



 животные



 история



 компьютерная документация



 медицина



 научно-популярная



 очередная история



 очерк



 повесть



 политика



 поэзия и лирика



 приключения



 психология



 религия



 студенту



 технические руководства



 фантастика



 философия и мистика



 художественная литература



 энциклопедии, словари



 эротика, любовные романы



Этот день в истории
В 1681 году скончался(-лась) Педро Кальдерон


в избранноеконтакты

Параметры текста
Шрифт:
Размер шрифта: Высота строки:
Цвет шрифта:
Цвет фона:

                          Ганс Христиан АНДЕРСЕН

                                СТАРЫЙ ДОМ




     На одной улице стоял старый-старый дом, выстроенный еще около трехсот
лет тому назад, - год его  постройки  был  вырезан  на  одном  из  оконных
карнизов, по которым вилась затейливая резьба: тюльпаны  и  побеги  хмеля;
тут  же  было  вырезано  старинными  буквами  и  с  соблюдением  старинной
орфографии   целое   стихотворение.   На   других   карнизах   красовались
уморительные рожи, корчившие гримасы. Верхний этаж  дома  образовывал  над
нижним  большой  выступ;  под   самой   крышей   шел   водосточный   желоб
оканчивавшийся головой дракона.  Дождевая  вода  должна  была  вытекать  у
дракона из пасти, но текла из живота - желоб был дырявый.
     Все остальные дома на  улице  были  такие  новенькие,  чистенькие,  с
большими окнами и прямыми, ровными стенами; по всему видно было,  что  они
не желали иметь со старым домом ничего общего и даже думали: "Долго ли  он
будет торчать тут на позор всей улице? Из-за этого выступа нам  не  видно,
что делается по ту сторону  дома!  А  лестница-то,  лестница-то!  Широкая,
будто во дворце, и высокая, словно ведет на  колокольню!  Железные  перила
напоминают вход в могильный склеп, а  на  дверях  блестят  большие  медные
бляхи! Просто неприлично!"
     Против старого  дома,  на  другой  стороне  улицы,  стояли  такие  же
новенькие, чистенькие домики и думали то же, что их собратья; но  в  одном
из них сидел у окна  маленький  краснощекий  мальчик  с  ясными,  сияющими
глазами; ему старый дом и при солнечном и при лунном свете  нравился  куда
больше всех остальных домов. Глядя на стену старого дома с  потрескавшейся
и местами пообвалившейся штукатуркой, он рисовал  себе  самые  причудливые
картины прошлого, воображал всю улицу  застроенной  такими  же  домами,  с
широкими лестницами, выступами и остроконечными крышами, видел перед собою
солдат с алебардами и водосточные желобы в виде драконов  и  змиев...  Да,
можно таки было заглядеться на  старый  дом!  Жил  в  нем  один  старичок,
носивший короткие панталоны до колен,  кафтан  с  большими  металлическими
пуговицами и  парик,  про  который  сразу  можно  было  сказать:  вот  это
настоящий парик!  По  утрам  к  старику  приходил  старый  слуга,  который
прибирал все в доме и исполнял поручения старичка хозяина; остальное время
дня старик оставался в доме один-одинешенек. Иногда  он  подходил  к  окну
взглянуть на улицу и на соседние дома; мальчик,  сидевший  у  окна,  кивал
старику головой и получал в  ответ  такой  же  дружеский  кивок.  Так  они
познакомились и подружились, хоть и ни разу не говорили друг с  другом,  -
это ничуть им не помешало!
     Раз мальчик услышал, как родители его говорили:
     - Старику живется вообще не дурно, но он так одинок, бедный!
     В следующее же воскресенье мальчик завернул что-то в  бумажку,  вышел
за ворота и остановил проходившего мимо слугу старика.
     - Послушай! Снеси-ка это  от  меня  старому  господину!  У  меня  два
оловянных солдатика, так вот ему один! Пусть он  останется  у  него,  ведь
старый господин так одинок, бедный!
     Слуга, видимо, обрадовался, кивнул головой и отнес солдатика в старый
дом. Потом тот же слуга явился к мальчику спросить, не пожелает ли он  сам
навестить старого господина. Родители позволили, и  мальчик  отправился  в
гости.
     Медные бляхи на перилах лестницы блестели ярче  обыкновенного,  точно
их вычистили в ожидании гостя, а резные трубачи  -  на  дверях  были  ведь
вырезаны трубачи, выглядывавшие из тюльпанов, - казалось, трубили изо всех
сил, и щеки их раздувались сильнее, чем всегда. Они трубили: "Тра-та-та  -
та! Мальчик идет! Тра-та-та-та!"  Двери  отворились,  и  мальчик  вошел  в

1 : 2 : 3 : 4 : 5 :
главная наверх

(c) 2008 Большая Одесская Библиотека.